Любовь далекая и близкая

– Это с какой стати? На радостях? И почему без Гали? Уж не заболела ли она, перекупавшись?

– Все гораздо хуже, мама. Дай дойти до дома, там все расскажу. – Они вошли в дом, сели на кухне.

– Ну, говори, слушаю. Хотя ты, по-моему, еще не протрезвел до конца, – Нина Михайловна внимательно посмотрела на сына, сидевшего напротив за кухонным столом. – Может быть, тебе стоит проспаться? Отложим разговор?

– Сейчас я самый трезвый человек на свете. Так вот, мама, и не надо из меня делать пьяницу. А теперь о Гале. Все, нет ее больше.

– Как это нет? Что за загадки?

– Какие загадки, мама? Повторяю: нет больше нашей Гали! Увезли ее в Горький сегодня рано утром. Прилетел этот Игорь, ее жених, и увез.

– Господи! Скажи, что это неправда. Что ты, не знаю… пошутил, что ли. Ну не может этого быть, не может! – Нина Михайловна растерянно смотрела на сына, явно дожидаясь, что он признается в своей шутке. И не дождавшись, опустилась на колени перед иконой. – Господи Иисусе Христе, сыне Божьей! За что ты нас так наказал? Отнял у нас это солнышко, как же нам теперь без нее жить? Ведь, считай, родная она нам стала, – последние слова Нина Михайловна проговорила рыдая.

Позже, уже лежа в кровати, куда ее уложил Александр, она пыталась расспросить его о том, как похитили Галю, но едва он начинал рассказывать, она снова начинала плакать.

Утром, опухшая от слез, она молча, не перебивая, выслушала рассказ сына. Потом, чуть заметно шевеля губами, про себя прочитала записку Гали. Погладила ее рукой и тихо проговорила:

– Бедная девочка.

Ведь она даже не знает нашего адреса. Значит, и написать нам не сможет. Так хочется на нее посмотреть! А у нас нет даже хоть какой-нибудь ее фотографии. Как же мы могли это допустить? А ведь я знала, чувствовала эту беду. Карты все предсказывали.

– Какие карты, мама? – нахмурившись, спросил Александр.

– Когда вы с Галей уехали загорать, я пошла к нашей соседке бабе Насте и попросила ее раскинуть на картах, чтобы узнать, что ждет вас.

– Ну и?..

– И карты показали, что случилось.

Нам надо было срочно спасать ее, упрятать на время, а мы… занялись разборками.

– Но ведь это подсудное дело, мама! Украсть, спрятать человека разве можно?

– А другим можно? Воруют невест и никаких судов и законов не боятся. Этот Игорь из Горького насильно увез Галю. Это по закону?

– Но он же ее жених, имеет право так поступать.

– Да одинаковые у вас права, что у него, что у тебя! Пока нет штампа в паспорте, Галя – свободный человек.