Майка

У вас тоже есть очень хорошее слово для обозначения этой замечательной штуки, так вот представь, что будет, если ты выйдешь на площадь и начнёшь это слово орать. Ну а палочки эти у нас называются «шибица», понимаешь?

Я тут же пробился сквозь всё уплотняющуюся, не перестававшую гоготать толпу:

– Яныш, нельзя здесь говорить «спички», кричи «шибица», я тебе всё потом объясню.

Он, как заведённый, кивнул головой и всё тем же затравленным голосом произнёс:

– Шибица, кому шибица?

Толпа тут же рассосалась – кина больше не будет, аттракцион приказал долго жить.

Когда торговля сама по себе начала иссякать, наша бухгалтерша, заводная, я вам скажу, девица, громко, на всю площадь закричала так, что даже голуби взлетели с купола собора:

– Люди, вы только посмотрите на этих русских докторов и кандидатов наук, какие из них торгаши прекрасные вышли, – и тут же обратно к своим вещам вернулась.

Весь вечер до и после ужина вся наша компания обсуждала одну лишь тему: «Ну и как мы поторговали?»

Дня три всё это продолжалось практически в том же ключе, а потом выяснилось, что товара почти не осталось, торговать нечем, а то, что осталось, почему-то никак не продавалось.

Лично у нас в остатке оказалась старая узкоплёночная кинокамера с ручным пружинным заводом, а вот Майкина передачка уже во второй торговый день вся разлетелась на ура. Вот на общей вечерней беседе мы и решили завязать, а нераспроданные вещи выбросить на ближайшую помойку.

Так бы всё и произошло, но тут пришёл Фима:

– Ребята, завтра здесь что-то типа праздника, нас попросили – именно так, попросили – на нём поприсутствовать и не только потолкаться, но и обязательно поторговать на набережной, там специальные места оборудуют.

Я объяснял, что мы всё распродали и вообще мы любители, а не профи, но они настаивали, чтобы тот, кто шибицу продавал, да ещё пара человек в этом участие приняли. Остатки вы небось ещё не выбросили? Тащите всё сюда, наберём сумочку да Надьку с Толькой пошлём, ну а в помощь им Яныша дадим – он такой фурор здесь произвёл.

Мы с Янышем сразу же в отказ пошли, а Надя сказала: а что, давайте, собирайте кто что может, – ей это явно понравилось. И вот в один из последних дней нашего пребывания в Пуле вся наша компания стояла у широкого парапета, отделяющего город от морской черты, на котором расположились многочисленные торговцы, и наблюдала, как моя жена пыталась втюхать кому-нибудь нашу узкоплёночную кинокамеру, для которой уж давно плёнку перестали производить.