Худший Друг – Лучший Враг. Роман о бизнесе, жизненном выборе и любви

Если я продам бизнес дороже, а я приложу максимум усилий, чтобы продать его дороже миллиарда рублей, уверяю вас, восемьдесят процентов от суммы, превышающей озвученные ориентиры, будут моими, а двадцать – вашими. Предупреждаю – я получу гораздо, несравненно больше вас. Хотите торговаться, торгуйтесь прямо сейчас. После того как мы сегодня пожмем друг другу руки, я не буду возвращаться к вопросу распределения. Максимум, на что вы сейчас можете меня сдвинуть аргументами или эмоциями, – это к распределению сверхприбыли в соотношении двадцать пять на семьдесят пять.

– Но-о-о-р-р-р-мально, – медленно выговорил Виктор Дмитриевич.

– Зря не торговались, – произнес Николай, я бы вам отдал и тридцать процентов.

– Да мне и этого хватит, – довольно улыбнулся Виктор Дмитриевич и протянул для рукопожатия руку. – Хотите анекдот про нашу жизнь?

Николай улыбнулся заранее и анекдоту, и резкой смене темы разговора Виктором Дмитриевичем, к манере ведения беседы которого он стал уже привыкать.

– Конечно хочу.

– Колхоз, расположенный недалеко от аэродрома… Годовое собрание в клубе… Выступает председатель: «Ну, что сказать про прошедший год?.. Стадо свиней от какой-то заразы почти все повымерло… посевы овса сожрал хомяк». Вдруг раздается грохот, и, проломив крышу клуба, прямо на стол падает парашютист. Председатель: «И еще эти парашютисты – задолбали, задолбали, задолбали!»

19

На машине Николай решил не ехать в Екатеринбург, трасса тяжелая, да и хотелось спокойно поработать, подготовиться к встрече.

Попросив в железнодорожной кассе место в мягком вагоне проходящего поезда или, в крайнем случае, в купейном на нижней полке, Николай осознал в очередной раз, как еще далеки от взаимопонимания люди, протискиваясь в утренних потемках среди торчащих ног и голов в проходе вагона плацкартного класса. Место оказалось в конце вагона рядом с туалетом. На нижней полке Николая сидели два соседа с верхних полок и болтали с лежащим напротив демобилизованным солдатом.

Проводница неопределенного возраста (от бессонных ночей и ругани с пассажирами) яростно терла шваброй проход, периодически раздраженно сдувая падающую на глаза челку.

– Можно заказать у вас чай? – поинтересовался Николай.