Потерянные жизни

Вместо ответа на его вопрос Зинаида Васильевна молча протянула ему заявление, в котором она просила возбудить дело в отношении зятя. Капитан, прочитав заявление удивился:

– Да ведь он сам ищет вашу дочь, свою жену.

– Не верю я ему. Вот и дочь свою он напугал. Я считаю, что он виноват. Может, запер её где-нибудь. А может ещё хуже… – недоговорила до конца Зинаида Васильевна и в глазах у неё появились слёзы.

– Успокойтесь – сказал ей капитан – мы примем Ваше заявление. И давайте договоримся так: возбудив дело, мы приедем со следователем к Вам и там подробно поговорим.

И ещё одно условие – никому, ни детям, ни своей подруге не рассказывайте о том, что вы подали заявление на зятя. Никто не должен об этом знать. Ведите себя так, чтобы зять ни о чём не догадался. К нам тоже не приходите – мы сами Вас известим. Виноват он, или нет, следствие разберётся.

Через неделю приехал капитан со следователем. Зинаида Васильевна отвела детей к подруге. Её разговор со следователем продолжался около часа.

Для Зинаиды Васильевны начались тягостные дни ожидания результатов следствия.

Следователь Шарапов разработал план следствия и решил действовать осторожно, чтобы не вспугнуть предполагаемого преступника. Первым долгом он изучил его личность. Сделал он это так, чтобы на его работе никто

не знал, для чего это делается, официально попросив все личные дела бригады, где работал Виталий, якобы для подбора кандидатур на работу в милиции.

После этого ему нужно было осмотреть дом и всё прилегающее к нему.

Это было сделано при помощи Зинаиды Васильевны, как только Виталий с утра ушёл на работу. Перед домом был оставлен работник милиции в штатском, чтобы в случае возвращения Виталия он отвлёк его.

Шарапов внимательно осмотрел зал, пересмотрел все вещи, предметы. Особенно тщательно он возился в спальне и даже залез под кровать. Именно там он нашёл женский платочек, который каким-то образом зацепился за

пружину кровати. Платок был в крови. Следователь, взяв платочек кончиками пальцев, быстро положил его в специальный мешочек.

После осмотра дома следователь вышел в огород. Казалось, что здесь нет ничего подозрительного. Но следователь приметил, что конец огорода тщательно подравняли. Он сделал заметку в блокноте и больше никаких действий не производил. Да и не имел на это право. Осмотр был негласный, лишь по разрешению Зинаиды Васильевны.

До обеда следователь закончил свой предварительный осмотр, после чего отвёз Зинаиду Васильевну домой.