Омут Царевны

Покажу сыну, с какими не стоит связываться…

– Английский рано, а это – пора?

Арина сузила глаза:

– Самая умная, да?

– Да, – спокойно подтвердила Василиса и добавила: – Я же учительница.

– Учительница! – возмущенно фыркнула та. – Знаем мы, чему ты можешь научить!

– Елисей рассказал?

Арина поморщилась и нелогично заявила:

– Избавь меня от подробностей.

– А кем ты работаешь? – поинтересовалась Василиса.

Та гордо подняла голову:

– Нет нужды работать. У меня для этого муж есть.

– И по образованию домохозяйка?

Ожидала взрыва эмоций, но Арина неожиданно спокойно ответила:

– По образованию я дизайнер одежды.

Видимо, Арина хотела подчеркнуть, что они такие же полезные члены общества, как она сама.

Кухонное окно оставили приоткрытым, вдобавок на полную мощность работала вытяжка, но ей вдруг стало жарко. Почувствовав, как взмокли волосы, она откинула их за спину.

– Ого! – Арина уставилась ей в горло. – Даже не представляла, что мой братец на такое способен…

Блин, совсем забыла, что надо шею прикрывать. Однако помимо ехидства Василиса уловила в голосе заботливой сестрицы кое-что еще. Неужели зависть?

Та тем временем щелкнула кнопкой чайника и всучила ей поднос с чашками.

– Никому ни слова, поняла? Узнаю, что Елисею нажаловалась – вылетишь из его постели намного быстрее.

Вообще-то, постель была ее, но поправлять она не стала.

* * *

Когда долго не можешь заснуть, невольно приходят мысли о смерти. Какое оно, небытие? Похоже на сон или нечто совсем иное? Засыпать становится страшно, и это только все усугубляет, а голова болит еще сильнее. Поворачиваешься, засовываешь ее под подушку, но легче не становится. Наконец находишь зыбкое положение, кажется, что ничего не беспокоит, и постепенно проваливаешься в дремоту. Но сознание не отключается, ты все понимаешь, и это особенно жутко – засыпать вот так, наяву.

Забытье прерывает неприметный звук, источник которого невозможно обнаружить. Один из тех, которые обычно даже не замечаешь, они сливаются в привычный фоновый шум. Но в тишине звук ощущается отвратительно отчетливо, ввинчивается в мозг и возвращает в ненавистную реальность, как будто и не было утомительных попыток дать голове отдых.

Подушка влажная и противно теплая. Переворачиваешь ее, и сухая прохлада приносит временное облегчение.