Куба – любовь моя

А вазочка?

Он явно чему-то радовался и ерничал при этом.

– Может быть, кроме вазочки, – серьезно подтвердил я. – Впрочем, и здесь нет ничего веселого.

– Давай, давай, не тяни резину. Нам еще одно дельце предстоит сегодня провернуть.

Опуская излишние подробности, я поведал ему о своих злоключениях в Праге. А поскольку в процессе моего рассказа он отвратительно хмыкал, фыркал и мерзко ухмылялся, историю с Мартиной и вазочкой я только кратко обозначил. Выслушав меня, Сергей вдруг посерьезнел и подвел итог:

– Во-первых, я рад, что ты не попал в тюрьму и в целости и сохранности, как говорится, вернулся сюда.

Во-вторых, я рад, что ты хоть немного отдохнул от такого зануды, как я. В-третьих, что Бог ни делает – все к лучшему. Считай, что билеты у нас на руках.

Я поперхнулся куском отбивной.

– Как это понимать?

– Все очень просто, Вовчик.

И Сергей рассказал, что, не дождавшись меня вчера вечером, сегодня утром поехал к Иржи Житеку наводить справки по телефону. Вдвоем они дозвонились до знакомых Вашека и узнали о моих неудачах.

А также о том, что я уехал в Брно на шестичасовом автобусе.

– Ты представь, Вовчик, у меня матка опустилась, а Иржи смеется. Все, говорит, товарищ Калашников, останешься в Чехии. Я, мол, тебе помогу советскую шахматную школу открыть.

– Ну и…? – Я, кажется, начал понимать, что к чему.

– Я ему подвинул справочник, телефон, достал из тумбочки карту Чехии – ты же знаешь, он, как говорится, ни рукой, ни ногой – и через полчаса все проблемы были решены.

Полазил по карте, выбрал оптимальный вариант, позвонил куда надо и забронировал нам билеты на послепослезавтра. Из Оломоуца поедем. В три часа ночи.

– А как же деньги?

– Дал сто долларов взаймы. Я в Москве наши бракованные обменяю у фирмачей и вышлю ему. Ты бумажку-то по злобе не выбросил? – улыбнулся Сергей.

Мне стало нехорошо. Я вспомнил свои полуголодные, бесполезные мытарства по Праге и затосковал. А что, собственно, произошло? За целый день не сумел решить проблему, которую два беспомощных человека решили за час? Так на то были свои объективные причины.

Наверное, я просто устал.

– Что приуныл, Вовчик? – продолжал бодриться Сергей. – Видишь, как все здорово получилось. Иржи, конечно, мужик что надо. Туда позвонил, сюда… Зря, говорит, Володя уехал. Что он там один без языка сделает?

– Эх, Серег, – перебил я его. – Я ведь там еще бутылку заработал, да сдуру не взял. Сейчас бы она ой как пригодилась!

– Бутылка? – оживился Сергей.