Мы и они. Из жизни микробов

Появление моей любимой придало чувство удовлетворения моей душе, и я ясно ощутил, что все, что я делаю, все, чем живу, – ради нее, ради ее восхищенного взгляда, ее нежного прикосновения, ее любви. С этими мыслями я отплыл дальше от берега в сопровождении властительницы моих дум и Буя, оставив позади ворчливо крякающего Тура. Я молча наслаждался победой и близостью тех, кто был мне по-настоящему дорог. Судьбе этого было недостаточно, и через некоторое время в небе показалась вся стая, ведомая Кием, Сором и Ладом.

В следующее мгновение все с кряканьем опустилась на воду рядом с нами. В одночасье мы втроем оказались в ее центре. Окружающие нас братья принялись голосисто превозносить значение нашей победы, сопровождая это хлопаньем крыльев, окунанием шей в воду и потряхиванием хвостов, и на время я забыл о своих ранах, присоединившись к общему ликованию. Помимо всего прочего, я радовался, что наше изгнание подошло к концу. Все обиды – изгнание Чака, обвинения Тура, нарушенные законы стаи, похищенная Зара – были забыты, оставшись в прошлом. Теперь мы с Буем снова полноправные члены стаи, всеми любимые и почитаемые. После пережитой опасности подобный повороты судьбы производит неизгладимое впечатление. Нечто подобное хочется пережить снова и снова. Радость одиночки ничто по сравнению с торжеством стаи, частью которого ты себя ощущаешь. Значение содеянного во много раз усиливается, если оно приносит благо стае, оправдывая пролитую кровь во имя общей победы. Впервые я испытал сладостное чувство славы и всеобщего восхищения, пребывая в ореоле героя. В эйфории всеобщего ликования Буй поделился со стаей, что нашей свободе от ига гусиной орды мы обязаны покровительству Луны. Благодаря моему посвящению Луна отныне будет во всем способствовать успеху стаи, и нам следует вознести нашей покровительнице благодарность перед отходом ко сну, когда она появится на звездном небе. Это сообщение было встречено одобрительным кряканьем. Мое первое побуждение от затеи Буя поделиться со всеми членами стаи нашими секретами было резко отрицательное – я полагал, что в них содержится много личных переживаний. Но, видя неподдельную эйфорию, с которой это известие было принято нашими собратьями, я подумал, что лучшего момента для продвижения культа Луны выбрать нельзя. Теперь я был уверен, что благодаря нашему общему преклонению Луна не преминет обратить внимание на почитание, которым она пользуется у нас. Ее покровительство станет заметнее.