Вера

– Хорошо, – поникли плечи у женщины в белом халате.

– Ирина Ивановна, – мужчина чуть склонился к ней, – вам лучше? Может присядете?

– Да, пожалуй, – благодарно улыбнулась она ему.

Вадим подвёл молодую женщину к диванчику.

«Когда же это всё закончится», – думала она, следя, как Юлия Викторовна вызывала персонал.

– А почему она спит? – вдруг спросила Ирина.

– Ну, мы вынуждены давать ей успокоительное. У неё сильные припадки паники и постоянные истерики.

– Как долго она будет ещё в таком состоянии.

– Часа два, – замялась Юлия Викторовна.

Ирина еле сдерживала слёзы. Она прекрасно понимала и политику клиники, и желание персонала угодить одному из самых значимых клиентов, и даже упрямство и безрассудство Нади, женщина поняла и оценила, но пешкой в этой опасной игре стал ребёнок, который ещё не родился, но уже стал разменной монетой.

«Деньги. Деньги. Деньги. Всех вокруг меня волнуют только они. А человеческая жизнь ничего не стоит… – размышляла Ирина, чуть откинувшись на спинку диванчика.

 – Страшно представить, что нас ждёт в дальнейшем».

Глава 28

Девушка открыла глаза, уткнувшись взглядом в матовый бледно-бежевый с голубоватыми разводами натяжной потолок.

«Ещё один день в этом склепе! – вспыхнула ненависть в её сердце. – Как же я их всех ненавижу: мать, которая подбила меня на это, Игоря, который, как щенок жмётся к своей драгоценной супруге, а больше всего эту, хитрую, выдержанную, бабёнку… Её даже измена мужа не сломила. Стерва! Весь план из-за неё провалился.

А ведь казалось, что денежки уже были в моих руках. Бессердечная. Разве может нормальная женщина принять и полюбить ребёнка любовницы мужа. Эта же… сама стала инициатором подобного. Ненавижу, как же я её ненавижу. Бросили меня здесь. Одну. Без телефона. Без связи с матерью. Кормят насильно, чтобы урод, который растёт во мне, развивался нормально. И не сделаешь ничего. Не будет ребёнка – не будет и денег… Адвокат ясно выразился. Но я не сдамся! Всё равно добьюсь, что меня отсюда заберут!»

– А-а-а! – не открывая глаз, завизжала Надя и заколотила руками и ногами по кровати.

 – А-а-а!

Ирана, которая прикорнула на диване, подскочила от крика, широко распахнув глаза, вцепилась руками в обивку дивана.

«Дай мне сил», – собиралась с духом женщина, глядя на истерику Надежды. Явно инсценированную. Но такую отчаянную.

Вадим, который стоял около дивана, даже бровью не повёл. Он остался спокойным с непроницаемым лицом.