Ходящая по снам

Лишь сейчас я поняла, что именно ее видела в своих снах, только сны ли это были? Может быть, еще в своем мире я обладала магией прорицания, хотя бы в отношении этой конкретной девушки.

Ее даже звали, так же как и меня, Ингелика. Только коротким именем она выбрала Лику, а не как я – Ингу.

Путешествовать по ее жизни было для меня несложно. Ведь я же и так знала Ингелику очень хорошо. Только сейчас я видела все более отчетливо, словно сама была в те моменты рядом. Ее детство, юность, первую любовь и…

– Алексис… – со стоном я пришла в себя.

Слезы катились из глаз. Что же это такое?

– Пусть это будет неправдой! – молила я кого-то.

На мгновение мир замер, казалось бы кто-то услышал меня. Или мне просто так этого хотелось.

И снова появился шум водопада, а вместе с ним и чей-то голос:

– Миледи, слава богине, вы живы!

Я подняла взгляд и увидела на пороге беседки высокого худощавого мужчину. Это был один из помощников герцога Алексиса Тироша, мужа Ингелики.

– Светлого дня, – поздоровалась я, не зная, что еще сказать мужчине.

– Наисветлейшего! – ответили мне. – Сегодня самый лучший день за последние три года. В ТирошХолл пришла радость. Наша владетельница вернулась!

Я озадаченно посмотрела на мужчину. Это он сейчас о ком говорит? Ингелика откуда-то вернулась? Но где она была?

– Что вы, господин Ликом, не даете миледи и слова сказать, – послышался рассерженный женский голос за спиной мужчины. – Посторонитесь, пожалуйста, дайте пройти.

– Госпожа Вади, конечно. Проходите, – скороговоркой выдал он и отошел с прохода.

А в беседку вошла полная женщина в строгом серо-синем платье в пол. В руках у нее был черный зонт, которым она пользовалась как тростью.

– Миледи, мы рады, что вам удалось сбежать от цилизарцов, – проговорила она, приседая в книксене.

– От цилизарцев? – тихо переспросила я.

Интересно, что случилось с Ингеликой? Где она?

Из видений, что посетили меня несколько минут назад, я знала, что в этом мире недавно закончилась война между двумя королевствами.

Так! Нельзя думать об Алексисе! Нельзя!

Только как не приказывала я себе, сердце сжалось от боли, а в глазах появились слезы.