Осень Локи

А в институт поступают взрослые люди по собственной воле, – назидательно заметила я. – Никто тебя тут не держит.

– Много ты понимаешь! – фыркнул он. – Это девчонки поступают, чтобы замуж побыстрее выйти, а нам, парням, надо от армии косить. Приходится тут с вами фигней страдать.

– Страдал бы фигней в другом месте!

– В другие места физику с математикой надо было сдавать, – посетовал Юрка. – А я только литературу с историей потянул.

– Вот и учи стишки, – припечатала я.

Отчего-то мне было не страшно, а весело.

Рядом с нами нарисовался Пашка, и Рябов сразу сник.

– Отвали, Рябой, – проговорил Торопов вроде бы без угрозы в голосе, но Юрка взглянул на него и решил промолчать. – Настя спасла честь нашего курса, ясно?

Юрка закатил глаза, но все же предпочел послушаться и отвалить. Больше желающих предъявлять мне претензии не нашлось, тем более в ненавязчивом присутствии Торопова.

– Насть, можно тебя на минутку? – галантно поинтересовался он.

Я вопросительно глянула на Ленку, и она кивнула мне ободряюще: не теряйся, мол! Я обреченно поплелась за Пашкой к выходу из аудитории.

Мы отошли к подоконнику, на котором бурно колосилась какая-то трава в длинном деревянном ящике. Я ждала вопросов о Максиме, но Торопов оказался куда дипломатичнее.

– Молодец, – похвалил он. – Здорово ты эту доцентшу с ее стишками уела!

– Разве? – слабо удивилась я, не заметив ничего подобного.

– Конечно! Она нас хотела дурачками выставить, а ты не позволила.

– Ну спасибо, – усмехнулась я, подозревая подвох.

Однако его так и не обнаружилось.

– Ладно, давай, увидимся, – бросил Пашка и потопал вниз по лестнице.

Я пораженно смотрела ему вслед. Ни вопроса о Максиме, ни намека на вчерашнюю встречу! Торопов – прирожденный стратег. Кажется, я его недооценивала.

– Что он тебе сказал? – подлетела ко мне сгорающая от любопытства Ленка.

– Ничего особенного, – ответила я.

– Не хочешь говорить – ну и не надо, – обиделась подруга.

Я вздохнула. Вот так всегда: скажешь чистую правду – никто не поверит. А наврешь с три короба – строго наоборот.

– Бежим, – спохватилась она.

– Куда? – не поняла я.

– В библиотеку, а то не достанется! Или рванина какая-нибудь.

Одинокова все же с недовольным видом назвала учебник по зарубежной литературе Средних веков, которым можно было обзавестись на всякий случай.