Не было бы счастья…

Даже не буду повторять избитый вопрос, задаваемый мужчинами с начала женской эмансипации: "Зачем, зачем, за каким экзотическим фруктом лучшей половине человечества понадобилось непременно управлять средствами передвижения???"

Вопрос этот впервые задал, воздевая руки к небесам, мужчина, когда первая женщина решила, что ей надоело ездить на шее страстотерпца-мужа, и она впервые взгромоздилась на козлы уже неведомой нашим современникам повозки, крепко вцепившись совершенно не предназначенными к этому рученьками в вожжи, чтобы на корню уничтожить саму идею организованного дорожного движения.

С тех пор повозки многократно видоизменялись, а вот вопрос дошел до наших времен в неизменном виде.

Итак, толстуха Нинка лихо завернула во двор, на полном ходу ее микромашинка, усиленная внушительным весом ее владелицы, влетела в мусорный бак, который, кстати, еще не успела опустошить соответствующая служба – машина мусорщиков должна была прибыть не раньше чем через полчаса, а он в свою очередь по затейливой траектории и с неплохой скоростью двинулся к открытому подвалу, где нахлобучился на голову бедолаге-почтальону и накрепко заткнул подвал почты.

Так крепко наша почта не была заперта, думаю, с самого момента ее открытия, недаром местные подростки регулярно вскрывали хлипкий засов на подвальной двери для своих шалостей.

В результате вышеописанного события в этот ранний час во дворе вопили сразу все, хотя, справедливости ради надо сказать, что слышно было не всех: судя по бешено дергающимся в попытке выбраться из переполненной мусором помойки конечностям почтальона, он не отставал от участников, очевидцев происшествия, а также присоединившихся к общему гвалту позже зрителей, в искреннем выражении своих эмоций, но я, как и любое лицо знакомое с потенциальным содержимым бака, даже не хочу представлять себе, что именно их заглушало.

Однако, остальных было отлично слышно. Верещали бабки, гроза продавщиц местного магазинчика, а также сотрудников регистратуры поликлиники и все той же пострадавшей почты, уже давно бодрствовавшие и выпершиеся во двор с целью ежеутреннего моциона, что, впрочем, не мешало им во весь голос обвинять всех и вся в том, что их безвинно лишают законного отдыха на старости лет.

Из окон возмущались действительно разбуженные старушечьими воплями соседи, а также слышались восторженные визги детей, наблюдавших за развлечением.