Свобода и дальше…

Питались мы, в основном, без всяческих изысков – овощной суп, рис и фрукты. На ужин – молоко с мёдом и орехами. Одним из утвержденных Отшельником правил проживания в его «горной обители» был ранний подъем до восхода солнца. Если мы вставали до того, как первые солнечные лучи касались нашего скромного жилища и сразу же погружались в медитацию, то наши тело и ум получали позитивную энергию. Отшельник был уверен, что солнце дает энергию счастья только тем, кто живет ради других. Эгоистам солнце может дать лишь страдание.

«Эй, солнце, ты укажи, где выход!

Есть вход, но выхода нет.

Есть мир, но я не могу поверить,

Что он существует…

Выход ищу.

Ищи же и ты, солнце!»

– я вспомнил строки Хидэо Огума – поэта, оставившего свой след в японской поэзии. Он прожил недолгую жизнь – всего 30 с лишним лет, для кого-то его стихи и по сей день являются бунтарскими, а кто-то продолжает приносить цветы к его памятнику в городе Асахигава.

По правде говоря, никогда раньше я не чувствовал себя настолько бодрым и полным сил, как во время жизни в горах! Разумеется, не было никакой музыки (кроме шума водопада и пения птиц), телевизора, компьютера, телефона и машины. Я погружался в первоисточник бытия (так мне иногда казалось). Отказ от земных благ порождал во мне какое-то неведомое доселе чувство спокойствия, уверенности и всемогущества. Не было никаких контактов с внешним миром: я и Отшельник, мы и природа, мы и восточная философия – и больше ничего.

Знаменитый даос Люй Дунбинь, живший в VII веке, так описывал собственный опыт переживания дзен: «В тишине проступает необъятность, не стесненность и свежесть сознания, будто бы опьяненного струями благодатного дождя при виде совершенного согласия тела и природы, расцветает всем цветами радуги золотой дождь, и все наполняется совершенным покоем, полная луна на небе, вся огромная Земля открыта простору и свету, ум и тело чисты и свободны, золотой дождь все ослепительней… в полной тишине все до конца проявляется перед взором, окутанным мягкой белизной, будто глаза приходится открывать в пелене облаков… оглядываясь на тело, замечаешь, что его нет, а все вокруг – чистая, мягкая белизна, внутреннее и внешнее стало прозрачным».

Однажды Отшельник сказал:

– На самом деле я просто выполняю свою Дхарму, свой религиозный долг.