Марабу и другие позвоночные

Почему Пятых опоздал на сорок пять минут и снова здоровается, никому и в голову не приходило спросить. Обидится ещё. Был он в своём обычном состоянии – в задумчивости.

– Гена, чаёк будешь? – спросил Забелин, вставая из-за стола. – Я недавно заварил. Свежачок.

Пятых кивнул. Забелин осторожно, чтобы, не дай бог, не сдвинуть бумаги на его столе движением воздуха, подошёл к чайнику, налил в стакан заварки и спросил:

– Сколько тебе сахара?

– Ложек семь, – сказал Пятых задумчиво.

Забелин насыпал, немного размешал и вместе с ложкой бережно поставил стакан ему на стол.

– Спасибо, Женя, – бросил благодарный взгляд Пятых.

Потом Забелин налил себе чаю и обратился к Алексашенко и Николаеву:

– Мужики, чай будете?

Те отказались. После чаепития Забелин и Пятых закурили. За компанию с ними задымили и Николаев с Алексашенко.

«Почему Генурчик не сел в автобус? Что он всё кругами ходит? Как узнать?» – думал Николаев, украдкой поглядывая на Пятых, и не находил ответа на эти вопросы.

– Гена, чем вчера вечером занимался? – спросил Пятых Забелин.

У них были приятельские отношения. Они часто говорили о семейных проблемах, рыбалке (Пятых был заядлым рыболовом, по субботам и воскресеньям ходил рыбачить на местную речушку), о других вещах.

– Да ты знаешь, Женя, вчера стирку затеял. Накопилось много белья. Штук тридцать носков, трусов больше десятка, маек полно… штук пятнадцать. Заглянул в кладовку, а она доверху шмотьём забита. Думаю: надо стирать. Да и Наташка шипит: «Давай стирай, всю квартиру грязными носками завалил!» Сам знаешь, как бабы над душой стоят.

Всех удивило и рассмешило огромное количество белья, которое накопилось у Пятых, особенно носков. Стали, не таясь, смеяться. Смеялся со всеми и Пятых своим необыкновенным лошадино-козлино-ослиным смехом с примесью звука тормозящего перед остановкой трамвая, кривя рот на правый бок и закрывая левый глаз.

– Как же так получилось, Гена? – спросил Забелин, продолжая смеяться.

– Да ты знаешь, Женя, – Пятых посерьёзнел, – из-за моей практичности. Поношу с недельку носки, трусы и майку – и бросаю их в кладовку. Жду, когда побольше накопится, чтобы в машинке постирать. Что по одной штучке стирать? Непрактично…

На улице послышался громкий лай и собачий визг. Все встали со своих мест и подошли к окну. Увидели трёх псов, гавкающих вслед собаке. Видно, барбос зашёл на их территорию и они его проучили.