Марабу и другие позвоночные

Гном пулей пронёсся через приёмную, выскочил в коридор и стремглав помчался к лестнице. Марабу – за ним. Но, видя, что ему не угнаться за беглецом, вернулся в приёмную и стал всех подряд лупить мухобойкой.

– Куда подевались мухи? Отдайте моих мух! – кричал Марабу, ударяя хлопушкой по лбам, ушам, носам, щекам, затылкам и темечкам.

На шум вышел сам генеральный директор объединения.

– Леонид, ты что, на работу пьяный пришёл? Быстро домой – и хорошенько проспись! – Он не догадывался, в чём дело.

Марабу прекратил размахивать мухобойкой, посмотрел на друга безумными глазами, не узнавая его.

– Где мои мухи? Куда они все подевались? Это ты их у меня украл! Отдай мне моих мух! – закричал Марабу и, подскочив к другу, стал шлёпать его хлопушкой, норовя попасть по голове.

Посетители не могли допустить, чтобы кто-то бил начальника такого ранга, быстро скрутили буяна и оттащили в кабинет. Но Марабу вырывался, пинал всех ногами. Тогда замотали ему руки и ноги скотчем и положили на спину на диван в комнате отдыха.

– Где мои мухи? Куда они подевались? Отдайте мух, – плача, причитал присмиревший Марабу, крепко сжимая мухобойку.

Орудие убийства у него так и не смогли отобрать. Кто-то сказал, что надо вызвать скорую помощь.

– Куда подевались мухи? – спрашивал Марабу приехавшего врача, немолодую женщину с уставшими глазами, когда она поинтересовалась, как он себя чувствует.

– Надо везти в психушку, – сказала врач.

Генеральный директор объединения возмутился и стал учить доктора, что не может такой большой начальник сойти с ума, что сумасшествие – удел простых руководителей и обычных людей.

– Свихнулся, – подтвердил диагноз опытный пожилой психиатр, взглянув на Марабу. Даже полсекунды не думал.

Марабу смиренно стоял перед врачом, плакал и тихо причитал:

– Мухи… Мухи… Куда вы подевались? Как жить без вас? Муха сказала, что они лучше людей. Правда, доктор?

– Это, дорогой мой, спорный вопрос, – ответил он и, повернувшись к генеральному директору объединения, объявил: – Что ж, будем лечить.

– Вы уж постарайтесь, я вам за это что-нибудь построю или куплю, – сказала важная особа и уехала на работу. Дел у чиновника такого ранга было по горло.

Поместили Марабу, как большую шишку, в отдельную палату со всеми удобствами. Вечером приехали жена и дочь.