Глухая лягушка

Ваня несет её в спальню, хотя нет, как идти в спальню, неся красавицу перед собой в вертикальном положении и не зная, где расположена её опочивальня? После ещё нескольких ударов о стену она приходит в себя, спрыгивает с Вани и они, обнявшись, идут в каминный зал, где горит огонь, и, расположившись перед камином на гигантской шкуре белого медведя, предаются всяческим утехам, периодически запивая плотские наслаждения вишнёвым компотом из больших бокалов на высокой ножке, или нет, сладким шампанским «Мадам Клико».

– Ваня, ты опять не слышишь моего вопроса, «Открой сомкнуты негой взоры» и скажи нам, о ком это писал Пушкин?

– О своей возлюбленной и жене Наталье Николаевне Гончаровой, Маргарита Сергеевна, – не моргнув глазом, отвечает Ваня под восхищённые взгляды девочек класса.

Но почему-то во всех мечтах о любовных приключениях красавицы подозрительно были похожи на нахальную Катьку, его старую подругу детства.

После блестящего окончания средней школы (почти на одни пятёрки) Ваня с ходу поступил в Дальневосточный университет на биологический факультет.

Но так как его родители работали конструкторами в проектном институте и зарабатывали не много, Ваня, чтобы быть независимым от семейного бюджета, пошёл работать на завод железобетонных конструкций учеником электросварщика. А в университете перевёлся на вечерний факультет. Ещё в школе учителя водили их всем классом на какой-то заводик по изготовлению каких-то там железяк, но тот заводик был грязный, пыльный, шумный и вызывал у детей только отвращение. А этот завод поразил Ивана уже при первом его посещении своей гигантской мощью.

Маленькие рабочие тоненькими ручейками стекались по утрам к проходной завода, проникая в его огромное чрево, и заставляли гигантские механизмы урчать и грохотать, здоровенные листы стали перемещались по воздуху с помощью мостовых кранов, огромные гильотины со страшным скрежетом рубили их на куски, придавив гидравлическими прижимами, кромкогибочные станки, похожие размерами на динозавров, с завываньем мощного мотора у них внутри, с треском, легко сгибали стальные куски под нужным углом, три стальных бревна вальцезакатных станков, как бумагу, с визгом и хрустом скручивали в барабаны и обечайки толстенные металлические заготовки.

У Ивана этот завод ассоциировался с бурной горной рекой, которая берёт своё начало с марей на сопках, заросших болотным багульником, и стекает многочисленными тонкими ручейками в ревущий поток.