Гостеприимный кардинал

Больше ничего не было слышно, даже той чудесной мелодии, которую так хотелось еще раз услышать, – только беспорядочный грохот сердца внутри – оно билось так сильно, что у него тряслась грудь – будто дровосеки выкорчевывали там деревья – и руки его тоже болтались и подпрыгивали, как отрубленные ветви, которые держатся на одной тонкой коре.

Юноше казалось, что плывет он в дряхлой лодке и гребец рядом с ним, которого он не мог видеть, но который беспрестанно жевал мушмулу – ее кислый и немного гнилой запах бил ему в ноздри, – гребет веслами, тяжело разрывающими густую воду.

Прежде чем юношу полностью охватила морская болезнь, он собрал все оставшиеся силы, смог расцепить руки, поднять с земли крышку и рывком затащить ее на гроб. Вонзенный нож закачался, выписывая ручкой белые орбиты в воздухе. За то короткое время, что потребовалось, чтобы надвинуть крышку, он успел увидеть в последний раз пустую комнату с красными стенами; он увидел, как распахиваются в ней настежь окна, и врывается ветер, и гасит пламя проклятой свечи.

А гребец рядом с ним все жевал, молча, свою гнилую мушмулу и продолжал все быстрее налегать на весла и вести трещавшую лодку по темным бесконечным каналам без берегов.

Афины, 1944

Тайник

Раскопки

Stringebam brachia sed jam amiseram quam tenebam.

Святой Амвросий But then begins a journey in my head.

    Шекспир

    (Сонеты)

* * *

Множество цветов, множество тычинок, множество корней, забальзамированных, посеребренных, в разноцветных бархатных футлярах, под толстым слоем хрусталя, ослепляют посетителей музеев.

* * *

Он развесил на деревьях маленькие зеркала – чтобы смотрелись птицы.

* * *

Она долго ласкала ее влюбленным взглядом, а потом протянула ладонь, чтобы поймать. Но разгневанная груша, ударив ее по руке, ускользнула, ровно встала на хвостик и принялась отплясывать на скатерти дикий, грозный танец.

* * *

Меня не трогали цветы – эти ненасытные мальвы, – они разевали рты и лаяли, когда я проходил мимо, – я никогда не позволял им укусить себя за палец.

* * *

Рядом с забором сада есть водоем, зеленый, полный мяты и белых лилий, – как только нос приблизится их понюхать, они открываются и разрываются до стебля. В глубине дрожит – бесформенная жемчужина – тусклый костный мозг страсти.