Непокоренный дух

– Эй, ты рад? – Алекс дотянулся и аккуратно коснулся моего бедра.

На глаза наворачивались слёзы. Я резко вскочил со стула, опрокинув его, и что было сил обнял Настю.

– Да… Конечно!

Девушка нежно погладила меня по голове.

Учитель поднялся, чмокнул экзорциста в щёчку, приобняв её за талию, а затем присел на корточки возле меня, протянув руки, тоже требуя моего внимания.

– Спасибо! Я люблю вас! – радостно напрыгнув на Алекса, я повалил его с ног. Он засмеялся и стал щекотать меня.

– Наконец-то ты улыбнулся! Всё, мелкий, сдаюсь! Слезай!

– Малыш, – Анастасия с трудом собралась и вновь стала серьёзной, – нам с тобой через десять минут пора будет отправляться.

– Куда? – я слез с отчима и уставился на неё.

– Навестить дедушку, неужто забыл на радостях? – девушка заметила, что я немного подвис, поэтому продолжила. – Я поняла, сегодня слишком много событий для тебя, да? Оставь рюкзак тут и выходи на улицу. Через десять минут у входа.

Мы с Алексом переглянулись, я кивнул наставнице и мы оставили её одну, выйдя в коридор.

Попрощавшись с учителем, который удалился в другое крыло, к себе в спортзал на проведение дополнительных занятий, я стал спускаться вниз.

Кто бы мог подумать, что у меня появятся родители? Сердце щемило, но не от грусти, а от чрезмерной радости, даже немного тряслись руки. С одной стороны, было очень сложно поверить, принять этот факт, а с другой – это происходит со мной, здесь и сейчас! Я даже не мечтал о таком, даже и не смел, особенно после тех событий шестилетней давности, кошмары о которых мучают по сей день, выворачивая меня наизнанку.

Больше не допущу подобного. В конце концов, не зря же учителя тренируют нас контролировать свои способности и силу?

Хотелось бы верить. До сегодняшнего дня я никогда не задумывался, как истинно отношусь к своему экзорцисту-наставнику Анастасии и учителю физкультуры Александру. Они мне всегда нравились. Их советы и наставления были полезны, а замечания порой обидны. И никогда не находилось ответа, почему они так добры ко мне.

Теперь всё складывалось в целостную картинку. Я понял, что эти люди не просто симпатичны мне, понял, что люблю их всем сердцем. От чего же только не признавался себе в этом? Боялся наивно привязаться, ведь дорогие мне люди исчезают из моей жизни, будто я проклят. И, к сожалению, за несколько лет разучился доверять, открываться другим. Любое хорошее отношение ко мне вызывало отторжение, скептицизм.

Отныне всё будет иначе.

– Эй, рудый!

Рывок.