Сопрано и флейта. Оратория в прозе

Позвонил Саня:

– Привет! Сможешь завтра в ГИТИС подъехать на Таганку?

– Смогу, а в чем дело?

– Да… нужно один вопрос обсудить.

Ничего не подозревающий Марк приехал к довольно обшарпанному зданию, Александр уже без верхней одежды встречал его внизу у вахтера, они поднялись на второй этаж, прошли по коридору, уставленному лежащими на боку роялями (поступок Градского сразу перестал вызывать осуждение у Марка), зашли в небольшой кабинет, в котором не лежал, а стоял рояль, за которым сидела концертмейстер (как позже выяснилось, та самая Наталья Львовна, с которой все началось), в углу на обшарпанном кресле восседала Люба, царственно положив ногу на ногу и раскинув руки на подлокотники.

– Здравствуйте, Марк! – многозначительно произнесла Люба. На лицах всех троих читалось некоторое предвкушение. Даже Наталья Львовна хитровато поглядывала на него из-за рояля.

– Марик! – наконец насладившись паузой, произнес он. – В преддверии твоего дня рождения мы с Любой, – многозначительно и церемонно указавши рукой в ее сторону, произнес он, – мы решили сделать тебе небольшой подарок. Мы дарим тебе, – он сделал паузу, – урок вокала! – и застыл, наслаждаясь произведенным эффектом. Нужно сказать, что эффект получился. Марк несколько стушевался и, нарочито актерствуя, начал говорить:

– Прекрасная идея! Спасибо, друзья мои! Давайте будем считать, что урок прошел! Я получил пятерку и приглашаю всех в ресторан.

– Снимайте пиджак, – голосом, не терпящим возражений, произнесла поднявшаяся со своего трона Люба. Она явно была в своей тарелке. Несуразность происходящего ее явно не смущала. Марк, нехотя повинуясь, снял пиджак, повесил его на стоящую в углу треногую вешалку, оставшись в черной водолазке, и остановился посреди комнаты, не совсем понимая, что делать дальше.

– К инструменту подходите, смелее, – произнесла Люба, смакуя властность своего положения.

«Садисты, б-ть, – подумал Марк. – Это все Санек, сука, еще лыбится».

Саня действительно наслаждался моментом, не скрывая удовольствия.

– Давайте, Марк, повторяйте за мной: «А-о-а-о-о!» – Наталья Львовна послушно проиграла пять нот на клавишах. Марк молчал.

– Ну, Марк! А-о-а-о-о! – протянула Люба.

В этот раз пела она не так громко, как в отеле.

– А-о-а-о-о! – послушно протянул Марк следом за Любой.