Картины снов и застолий. Готические стихотворения

Лейте, лейте, фиады, свое

Темноцветные вина, кесарий

Пыль всесладостна, юдиц остье

Бал живит, мы пьянеем от арий.

И в сотейниках яды кипят,

И царевен влекут о мурогах,

И Чумы колесницы скрипят

На червово- алмазных дорогах.

Портреты юдиц в истечном кармине

Четырнадцатый фрагмент

Именины, Урания, пой

Звездочетов, к балам оглашенных,

Им дарит ли великий слепой

Одиссею и жен совершенных.

Ах, фиады, лелейте шелка

Сребровласых небесных гризеток,

Хмель пусть бродит, какая тоска

Истемнит млечный холод розеток.

Пусть юдицы, хотя захмелясь,

Огнь жасминовый видят и свечи

Именитств, и беленой мелясь,

Чернь лиют в белорозные течи.

Девятнадцатый фрагмент

Сад надежд и мечтаний благих,

Мы в альтанках твоех каменеем,

Из фарфорниц пием дорогих

И молчим, и темно пламенеем.

Цвет гранатовый Тийя со неб

Расточит, огнь жасминов зерцая,

Чтоб цветочный виющийся хлеб

Пели девы, юдоль восклицая.

Им ли зреть над туманной смугой,

Как, виясь, у цариц на помине

Эллин мертвый иль мраморный гой

Задохнется в истечном кармине.

Двадцать четвертый фрагмент

Август негою цвети манит

Фей ночных и огонь расточает,

Кто и был на миру именит,

Пусть холодных цариц обольщает.

Будут алые розы полоть

Сонмы юн, увитые шелками,

Руки нежные будут колоть,

Оды горние петь с ангелками.

И велебные девы рекут,

Сколь безвинны убойные чада,

И по нашим перстам истекут

Алый воск и златая охлада.

Тридцать восьмой фрагмент

Полн лавастр золоченый вином,

Бледны гостии всенощных пиров,

Князи ночи о цвете ином,

Сами ль мы во тенетах ампиров.

Несть богиням лекифы, оне

Аще мирру и яды алкают,

Перси их на ущербной Луне

Смирной тусклых вязниц истекают.

Будет Господе хладную цветь

Млечной краской сводить, вопияше

К ангелам, и начнет огневеть

Мгла белен в алавастровой чаше.

Пятидесятый фрагмент

Вновь скульптурницы ночи белы,

Эвмениды в альбомы юнеток

Заточают литании мглы,

Рифмы яд и серебро монеток.

Гости пирствуют шумно, звучат

Фей тостовники, хор их не срамен,

Ягомости во хмеле кричат,

Девы бавятся течностью рамен.

Иль очнемся – атрамент плывет,

Жжет фарфор блеск мелово-карминный,

И лиется вишневый исцвет

На диаментный хлеб именинный.