Картины снов и застолий. Готические стихотворения

Суе нас аонидам искать,

Для картен ли эфирные рамы,

Будем течное брашно алкать,

Пусть дурманят юдиц фимиамы.

Желть соцвета в лекифах одна

И подвальники холодом веют,

И амфоры, остудой вина

Преполнясь, на столах багровеют.

Пятидесятый фрагмент

Мы прелишни ль в Господних садах,

Чела тернью сведем роковою,

На обрядных цветках и плодах

Битых – кровь, пить се мертвому вою.

Митры наши пурпурно-белы,

Туне юдицы серой их гасят,

Васильками тиранят столы,

Ночь серебром запекшимся красят.

Выйдет Господе млечность алкать,

Нищих царей дарить чечевицей,

И начинем его окликать,

Кровь лияше со бледной червицей.

Портреты юдиц в ампирных комнатах

Двадцать восьмой фрагмент

Ночь серебром овеет аллей

Темноту и червленою слотой,

Вижди юдиц о желти лилей,

Ядно битых пасхальной золотой.

Долго будут камены молчать,

Вещуны апронахи сонимут,

Будут отроки мглу источать,

Лишь оне хлеб и лилии имут.

И царевны к столам занесут

Во лилеи расписанный морок,

И гостей меловых упасут

От белены серебряных корок.

Тридцатый фрагмент

Неб колонники в червном огне,

Блещут звезды, пирует Вифлеем,

Несть герольдам хлебов на вине,

Мы пасхальных ли емин жалеем.

Что еще фарисеи стоят,

Мажут кровию дьяментной халы

И серебро всенощно таят,

И цветками выводят пасхалы.

Аще мертвые Богу не лгут,

Сколь чудесное время обедать,

Пусть хотя ко столам набегут

Иды – вишен пречерных отведать.

Тридцать третий фрагмент

Снова пурпуром ветхим щиты

Опоенных рапсодов мерцают,

Королевские гербы свиты

Беленою, их феи зерцают.

Ах, одно уставляйте столы

Золотыми хлебницами, Иды,

Ах, не чаяли гоев из мглы,

Так молчите хотя, аониды.

Мы подсядем, подсядем к мертвым

Девам белым с канвою ампирной,

Статуэткам, огнем восковым

Тьму чарующим в требе всепирной.

Тридцать пятый фрагмент

Афинянок герольды влекут

На пиры, молью битые шелки

Им дарят и серебро цикут,

И порфировых царствий заколки.

Бледных дев золотая арма

Овевает, широкие пиры

Их ждали и царица Чума,

Расточайтесь о небах, лепиры.

Ах, мы сами еще веселы,

Темной миррою чела не виты,

И сумрак преливают юлы

Из небесной блуждающей свиты.

Пятидесятый фрагмент

Веселятся юдицы, зане

Ночь ядят и еще пировают,

И гудят, и ликуют оне,

И желтушные броши срывают.