На перепутье дней. Сборник стихотворений

И зазвенел вечерний колокольчик

И зазвенел вечерний колокольчик,

Богов гневить собой уже не смея,

Под язычок, засунув – валидольчик,

Упасть скорей, в объятия Морфея.

Реакции вокруг не замечая,

Реакции вокруг не замечая,

Писать про жизнь, добротно так, по-Русски,

Пить вдохновенно водку вместо чая,

Своей случайной радуясь закуске.

Весной всегда востребован был труд

Весной всегда востребован был труд,

Плоды которого по осени считают,

И не беда, что «труженики» мрут,

Уходят те, кто много отдыхают.

И рассовав не тривиальность по карманам

И рассовав не тривиальность по карманам,

Напялив маску, в доску своего,

Становишься почетным ветераном,

Все окружающего в жизни – ничего.

Глобально уравнения решая

Глобально уравнения решая,

Вещей простых, уже не видишь ты,

А мир звенит вокруг, не замечая,

Как гаснет факел, в стенах суеты.

Понять умом бывает сложно окружение

Понять умом бывает сложно окружение,

Многообразие причудливой толпы,

Но к самому себе – дорогу уважения,

Лишь сквозь нее, себе построишь ты.

Когда эмоции натуру не терзают

Когда эмоции натуру не терзают,

А ум, в согласии над темой не дрожит,

Тогда любовь, всю мощь приобретает,

А разум этот садик сторожит.

Ад и Рай.

Ад и Рай, полюса неизведанной дали,

Кромки трудной тропы, пограничная нить,

Ад и Рай это ткань бесконечной вуали,

Уравнение вечности, с неизвестными – жить.

Ты улыбнись и все придет

Ты улыбнись и все придет,

И мир вокруг заулыбается,

Такой счастливый – идиот,

По жизни редко нам встречается.

В умах уже давно златой телец

В умах уже давно златой телец,

А души извернулись на изнанку,

Сегодня праздник празднует – подлец,

Коррупционную раскинув самобранку.

История написанная кровью

История написанная кровью,

О людях, кошках, псах и лошадях,

Укрыта пониманием и любовью,

И нас питает, глубоко в корнях.

Негармонично идиотов отвергая

Негармонично идиотов отвергая,

Выстраивая стену отчуждения,

Ты лжешь себе, кому-то помогая,

Ведь не уйти, от тени осуждения.

Их путь жестокий был прописан кровью

Их путь жестокий был прописан кровью,

И трупами усеян был простор,

Но до сих пор, мы к ним идем с любовью,

Неся к подножиям, своей судьбы – позор.