Вероника. Φερενίκη

– Но имею против тебя то, что оставил ты свою Первую Любовь… Возможно ли, что человек будет проклят, забыв свою Первую Любовь? Что за невозможное суеверие! Самое странное и самое страшное – что Любовь не вне, но внутри человека… Оставив себя, человек оставляет и всю Любовь, что есть в этом мире… Я постоянно размышляю над этим и не могу понять, как такое возможно в этой вселенной? Ведь она построена на внешней любви, вселенная современного человека полностью забыла Любовь внутри самой сущности человека… Я постоянно думаю о Ней и не нахожу Её, я заглянул в самые темные уголки своего мира и не нашел Любви… Нашел приобретенную злость, ненависть даже, нашел непонимание и отчаяние, нашел самого несчастного на этой планете (кому как не мне быть самым несчастным человеком?), но не нашел Любви… Лишняя философия и лишние слова, да, но как найти то, что невозможно увидеть, услышать, но можно лишь почувствовать? Как найти то, что невозможно осознать в мире, где человек так медленно и верно осознает себя?

– Пустая… пустая философия… философия глупая и губительная

– Да, это так.

– И если он стремится найти любовь – ты говоришь, забыл Первую Любовь, то как человек понимает, что есть Первая Любовь?

– По образу, не своему, но своих мыслей, по образу своей жизни, по тому, что остается в сознании после детства и отрочества, во внезапном ощущении свободы.

– Свобода возможна в творчестве… Можно ли сказать, что тогда человек уходит в искусство? Встретив Первую Любовь или забыв Её, он уходит в творчество? Творчество – как сердце всех мыслей, всего прошлого опыта, всего настоящего впечатления и всего будущего переживания? Абсурдное созидание во имя Её – проклиная или возвышая?

– Тогда самое сложное в искусстве – не проклинать или возвышать, а быть равнодушным к самому возвышенному и самому низменному.

– Кем-нибудь в определенный момент – обязательно. Ведь цель любого открытого творчества – найти хотя бы один отголосок. Ты пишешь что-нибудь сейчас?

– Только неизданное и неоконченное… Мир требует от меня слишком много, но… Я все так же пишу только собственные мысли и собственные чувства, тем самым скатываясь в самую грязную пошлость творчества и оттого все, что пишу, будто бы было уже.