Мой любимый глюк

А только после твоего вмешательства он больше не проснулся, – сказала Танька язвительно.

Я остановилась. Вся радостная энергия, до сих пор бурлившая во всем теле, вдруг замерла, будто к чему-то прислушиваясь. Руки у меня опустились, и пакетик с чудесным нижним бельем выскользнул из них, упав на вымытую до блеска светло-коричневую плитку.

Клариэль.

–– Этого еще не хватало, – подумал я, открыв глаза.

Мне  было холодно. Так холодно, как никогда в жизни. Все тело заледенело, и напоминало упавшее с большой высоты бревно, которое унесло в бурным потоком холодного горного ручья в замерзающее озеро.

В озеро, в котором оно и осталось, вмерзнув в лед. Единственное, что я мог сделать  – это открыть глаза. Даже это, простейшее движение, которое не требовало напряжения, далось с невероятным трудом.

Неожиданно я встретил взгляд других глаз – серых, усталых, которые смотрели на меня через непонятные приспособления, с удивлением и жалостью.

Жалостью…

Вот жалость я не переносил совершенно. Это чувство было мне до сель не ведомо.

Правда, я, как прямой потомок древних эльфов, испытывал нечто подобное к тем несчастным, кровь которых была разбавлена слишком. У них практически полностью отсутствовала родовая память, и всему, буквально всему таким новорожденным приходилось учиться.

Мне же, как прямому потомку, если не все, то многое давалось легко. Я будто вспоминал, и необходимый навык приходил сам собой. Безусловно, не сразу. Безусловно, требовались тренировки и отточки. Но это же совсем другое дело!

Вот и сейчас я зажмурился, потом попытался расслабить мышцы тела, которые ощущались им как полностью атрофированные.

Однако я не привык сдаваться, и медленно погрузился в такую глубину сознания, не их и вовсе не существовало.

В волшебное, единое Нечто, которое одновременно являлось Всем. Ум мой блуждал в неведомых глубинах, получая необходимые знания. И наконец я почувствовал, что что-то начинает меняться.

Меня стал бить озноб.

Умные клеточки тела использовали древнюю магию рода, дабы вернуть носителю подвижность и помочь прийти в себя.

Поручение, с которым я отправился в этот совершенно ординарный, полностью не магический мир, должно быть выполнено.

И выполнено, похоже, любой ценой.

Наконец меня затрясло с такой силой, и бросило в жар настолько, что я почувствовал, что сознание меня выбрасывает на совершенно другой уровень.

На этом уровне в бой со сверхсознанием вступало все темное, что еще сохранилось в подсознании.