Мой любимый глюк

Сестра-хозяйка жалела маму, да и от больных, которые попривередливей, оставалось. Не все любят больничную еду.

Многим, вон, из дома приносили в термосах.

А мне вот нравилось. Особенно когда фрикадельки давали.

Я быстро шла по коридору, стараясь выбросить из головы  посторонние мысли. Нельзя. Если уж мне не дали выспаться, то случай действительно экстраординарный.

Вот и палата.

Я открыла дверь, и спросила у Антонины Ивановны, которая шла следом:

– Какая кровать? – спросила я на автомате. Хотя чего там спрашивать, когда три были пусты, а вот на четвертой, у окна, явно кто-то лежал.

И из-под тонкого больничного одеяла виднелась рука.

С красивыми, длинными, такими чуткими пальцами.

Очень знакомыми пальцами.

Глюк?!

Я остолбенела. Сердце бешено заколотилось. Я едва удержалась от желания отбросить одеяло и увидеть его лицо.

Посторонние мысли, которые были выброшены из головы, вернулись и обрушились горным водопадом.

О боже мой! Ведь эти руки, эти же самые руки были у моего белобрысого глюка.

– Так. Зоя. Отдышись. Возьми себя в руки. – сказала я себе. – С глюком потом разберемся.

И я, отдышавшись, занялась своим делом. Делом, которое знала как свои пять пальцев, и которым, могла заниматься и с закрытыми глазами.

Потому что, как я осознала не так давно, глаза-то мне и не были нужны. Ведь я всегда находила самое лучшее место для постановки иглы, только касаясь руки пациента.

Будто меня вел кто.

Однако вот с этим, конкретным пациентом, глюком моей мечты, явно что-то было не так.

Как всегда, я коснулась руки и легко пробежала пальцами, закрыв глаза и вслушиваясь в ответ.

Не спрашивайте, какой это должен быть  ответ. Просто я чувствую –  вот оно, это место..

Появляется уверенность в правильности и все проходит на “ура”. Однако в этом конкретном случае ответа не было.

Или я его не слышала?!

– Ну что, Зоя? – раздался сзади голос Антонины Ивановны.

– Нашла? – с надеждой сказала она.

Я вздрогнула. Вот только ее не хватало. Обычно никто над душой у меня не стоит во время процедуры.

– Антонина Ивановна! – раздраженно прошептала я. – Ну вы что, под руку тут мне.

– Не выходит, и у тебя не выходит, – не слушая меня, заговорила та, и в голосе ее уже ощущалась паника.

– Выйдет! – со злой уверенностью ответила я. Да что же это такое. Это же вызов всей моей профессиональной гордости.