Пленные ангелы и стаффордширский терьер

Ей шестьдесят два, но волосы густые, каштановые, без сединки.

С Валентиной Васильевной Анна Дмитриевна соседствует с шестьдесят первого года. Она тогда только родила Светку и, чтобы дочь была на глазах, ушла из школы, где работала учительницей начальных классов, и устроилась воспитательницей в детском саду, да так до пенсии в нём и проработала.

Соседнюю с Крупиными квартиру одновременно с ними получил молодой агроном Павел Николаевич Пегов. Через год Валентину Васильевну по окончании медицинского училища прислали в Петровское фельдшером.

И жили они счастливо почти тридцать лет. Павел Николаевич ездил по полям, Валентина Васильевна работала в медпункте вместе с Марией Карловной Юстус, женщиной старше неё на двенадцать лет, в начале войны «эвакуированной», как она говорила, в Сибирь из-под города Маркса, что лежит на левом берегу Волги между Саратовом и Самарой (некогда Куйбышевом).

Сильно разнясь по возрасту, религии и национальности Валентина Васильевна и Мария Карловна незаметно для себя сделались близкими подругами. При этом все важные события жизни у них происходили одновременно: в один год родились их дети Ромка и Нинка, которые всё детство провели вместе, в один год пошли в школу и окончили её; в один день и поженились – добрый молодец Ромка и синеокая золотоволосая Нинка.

В один и тот же тысяча девятьсот девяностый год обрушилось на подруг несчастье: весной от рака умер муж Марии Карловны, а осенью вселился бес в ребро Павлу Николаевичу, и он удрал от жены в Город к какой-то проворной поварихе, очаровавшей его молодою тугою плотью и изощрённым кулинарным искусством. В один день постигло несчастье и их детей: прожив вместе четырнадцать лет, они развелись. А три года назад Мария Карловна и Нинка уехали в Германию с Ромкиной дочкой Юлей.

– Да, – произнесла Анна Дмитриевна.

Она давно выныривала из прошлого с этим словом.

– Что «да», Анна Дмитриевна, задумалась о чём-то? – спросила Валентина Васильевна.

– Жизнь свою вспомнила. Как жили с вами раньше, как вечером приезжал Павел Николаевич и Виктор, как сидели у вас в летней кухне, разговаривали. Какой покой был, счастье… Ведь было же счастье?!

– Было. Помнишь, как студенты на уборку приезжали и приходили к нам. Мы с тобой поили их молоком.