Хозяйка гостиницы «Семь ветров»

– Но как?!  Предел закольцован…, – сказал он недоуменно  и медленно, чуть прихрамывая,  двинулся к девушке.

Ольга так же медленно, сидя на попе и додирая несчастный сарафан, стала от него отползать. Наконец спина коснулась стены и будто прилипла к ней.  А потом ее тело выгнулось дугой. Ольгу сотрясали конвульсии. Один раз, другой. Тут мужик хлопнул себя по лбу и бегом кинулся к стене.

Глава 3

Осторожно дотронулся до едва заметного выступа и

Ольгу буквально отшвырнуло от стены и не абы куда, а прямо на склонившегося над ней мужика.

Не сказать, чтобы девушка была полной, но кость имела тяжелую. В отца пошла.

Голова Ольги дернулась напоследок и впечаталась со всего размаху в лоб мужику.

Мужик стоически замер. А Ольга ошалело посмотрела ему в глаза.

– А ты ничего так, зеленоглазый, – прошептала она и отключилась.

Сайрус чуть пошатнулся и медленно опустил девушку на пол.

С удивлением уставился на ее странную одежду, выглядывающую из-под традиционного сарафана.

Чуть отошел, не отводя глаз от нежданного подарочка из-за Рубежа и глубоко задумался.

Обычно оттуда появлялись существа куда более агрессивные. Собственно, камера и создана была специально для таких тварей.

Но эта девушка никак на них не походила.

Совершенно.

Сайрус Кавендиш, граф Класото и бывший охотник на приходящих из-за Рубежа в этом был уверен.

Почти.

Но еще одна проверка не помешает.

Он поднял руки и сцепил их перед грудью, переплетя пальцы.

Татуировки на предплечьях задвигались как живые, озаряя всеми цветами радуги бледное лицо девушки.

Сайрус провел сцепленными пальцами вдоль ее тела. Татуировки замерли.

Бывший охотник медленно провел руками обратно и тут, в области сердца, узор из татуировок будто сошел с ума.

Цвета набегали,сменяя друг друга и наконец Сайрус понял, в чем дело.

У девушки была странная аура.

Нет, не похожая на ауру тех, кто приходил из-за Рубежа.

Но… странная

Цельная и яркая, в области сердца она истончалась и едва не сходила на “нет”.

Сайрус вздохнул и задумался.

Прошло уже лет пять как он обосновался в этих краях.

После последнего ранения, когда он и выжил-то едва-едва, милостью Созданного.

Не хотел, ох, не хотел бывший лучший охотник вынужденного переезда на земли, подаренные за верную службу князем.

Но проклятая хромота лишила его скорости. Лишила маневренности, а, стало быть, успешной охоты.