Русский беспилотник над полями лжи

Натали

Напои меня, напои меня, Натали,

Я бы хотела напиться, да всё не то.

Там, далеко, на границе моей земли

Мирные города превратили в зону АТО.

Отпусти меня, отпусти меня, Натали,

К детям, что плачут, и к жёнам, что ждут мужей.

Страшным узором воронки от взрывов легли,

Пули рассыпались сладким смертельным драже.

Расскажи же мне, расскажи же мне, Натали,

Розам разорванным гибель такая – за что?

Дети стоят у обугленной кромки земли.

Смотрят, как мир их сжирает зона АТО.

Осколки

На разбитом кувшине – эмаль:

В мелких трещинках – небо, поля,

На реке – силуэт корабля,

Чудом выжив, стоит у реки

Человечек без правой руки

И смеется чему-то вдали,

И плывут по реке корабли.

Солнца золото, неба лазурь.

На осколках не скрыться от бурь.

На осколках – чужая земля,

Что когда-то растила меня.

И уже почему-то не жаль.

Мы выстоим

Зря ты, мама, над сыном плакала,

Когда он заключал контракт.

В этом мире бывает всякое.

Мы-то выстоим. Мир – не факт.

На потертых ступенях вечности

Одиноко стоит солдат:

Зло, незыблемо – утро, вечер ли.

Вечность кончится. Он – не факт.

Где-то грохнуло; тонко звякнуло,

Разлетелось, как пыль, стекло.

С нами в жизни случалось всякое.

Мы-то выстоим всё равно.

«Я не продолжусь в детях, но останусь…»

Я не продолжусь в детях, но останусь

И в строчках этих, и в весеннем ливне,

В узорах на подоле сарафана,

В народных песнях и в российском гимне.

Моя душа вольётся в наши реки,

Врастёт в валы на древних городищах,

И на рассвете будет кукарекать

И обо мне петух под старой вишней.

В моих ладонях, ставших чернозёмом,

Найдёт приют уроненное семя.

Никто не вспомнит, что была Алёна,

Но каждого душа моя согреет,

Кто сохранил в себе свой русский голос,

В чьи руки въелась наших пашен сила.

Моя душа на части раскололась,

Чтоб всем им хоть по искорке хватило.

Январь без десяти

На часах – январь без десяти.

Бьётся рыба подо льдом реки,

На окне, прозрачны и легки,

Засыхают розы лепестки,

И чужая ненависть летит,

Словно смерч, сметая городки,

И, склоняя ветви на пути,

Умоляет ива: «Защити!»

Заклинание

Я – никто. Я – земля

Под ногами усталых солдат.

Я сирень у Кремля.

Я безжалостный список утрат.