Вирелка дома?

В тот день погода была идеальная для подобного соревнования – светило яркое солнце, снег искрился миллионами алмазов, стоял легкий мороз – все способствовало проведения успешных стартов.

Как всегда на таких мероприятиях встречалось много знакомых лиц. Среди ребят из нашего класса и школы я увидел Колю-Калину, его брата Федю-Фэда, но самое главное – Катю.

Она стояла вместе с двумя девочками из нашего класса. Увидев меня, она весело улыбнулась и сказала:

– Привет, Валера!

От этой нежданной радости, что она назвала меня Валерой, а не по фамилии и даже не Вирелкой, у меня слегка перехватило дыхание и я смущенно произнес:

– Здравствуй, Катя.

И мне сразу показалось, что вокруг никого нет, что мы с ней только вдвоем и осталось только взяться за руки и расправив крылышки порхать с цветка на цветок…

Но тут в мегафон громко объявили регистрацию участников старта и все, как всегда, шумной толпой, бросились отмечаться и получать стартовые номера. Оказалось, что на улице зима и нет никаких цветов, и вообще между нами оказались какие-то мальчики и девочки с лыжами в руках – я в очередной раз очнулся от своих сказочных иллюзий.

Соревнования прошли весело и азартно. Меня, как и всех мальчишек, всегда захватывал дух соперничества и я полностью погрузился в процесс лыжной гонки, опять, как уже не раз бывало, забыв на время про разные там любови.

Время пролетело быстро и вот, слегка уставшие, мы не спеша разъезжаемся по домам. Лыжи снимать было не охота, да и в лыжных ботинках не удобно идти по улице, покрытой скользким настом.

Меня догнал Калина и мы заскользили рядом, обмениваясь впечатлениями от прошедших соревнованиях. За разговором не заметили как оказались возле недавно открывшемуся кафе "Пончики". Возле него стояла Катя, держа лыжи в руках, видно кого-то поджидала, так как внимательно оглядывала всех проходящих мимо. И я вдруг подумал, как было бы хорошо, чтобы мы с Калиной и Катей зашли в кафе и с съели по паре пончиков с кофе.

На днях я нашел на улице целый полтинник единой монетой. Он был прямо впечатан в снег и ярко блестел на солнце. Как его до меня никто не нашел – не понятно. Я берег свою находку до особого случая и всегда носил с собой, правда я не знал какой он, этот особый случай, но сейчас я понял, что он настал.