Кровиночка

Ничего удивительного, может, он, конечно, ей и нравился. Обычно так бывает, что хорошим девочкам нравятся плохие парни, но близко его она к себе не подпускала.

В этот злосчастный день Дмитрию исполнилось восемнадцать лет. Он отмечал праздник со своими друзьями. На мать он уже не обращал никакого внимания. Судя по всему, было весело, алкогольно.

Ночью Дима, ошарашенный прибежал домой. Валентина не ждала его так рано, поэтому удивилась. Обычно такие загулы не заканчивались раньше утра. Она пошла к сыну в комнату, проверить, как он.

– Дима, сыночек, что случилось? – спросила она его.

– Мать, я такое натворил! Все, мне теперь конец! Посадят меня!

– Что? – испугалась Валентина.

– Я Маринку того…

– Что ты сделал?

– Все, мне конец! – только повторял ее сын.

Утром постучали в дверь. Пришли родители Марины. Оказалось, что Дима вечером подкараулил Марину у подъезда, затащил в квартиру к друзьям, где они праздновали день рождения, и совершил то, о чем Валентине и подумать было страшно.

Она понимала, что сын уже совершеннолетний, что он надолго может сесть в тюрьму, тем более что Марине было всего семнадцать. Но Валентину, конечно, удивило, почему они сразу в милицию не пошли, а пришли к ней, разбираться.

Что она могла им сказать? Зная своего сына, она даже и не сомневалась в том, что это правда. Да он и сам ничего не отрицал. Чтобы его отмазать, ей тогда пришлось продать все, что можно, собрать все свои сбережения, взять в долг.

Родители согласились взять деньги, потому что Марининому папе они нужны были на лечение. Выкупили, можно сказать, честь дочки. С тех пор Марину в городе больше никто не видел. Родители отправили ее к родственникам, подальше.

Через несколько лет ее отец скончался, но она даже на похоронах не появилась. Что уж там между ними произошло, никто не знает. Но слухов ходило очень много. Валентина хотела забыть об этом, как о страшном сне. Она не оправдывала своего сына, он поступил ужасно, отвратительно, недостойно.

Мать Марины так и осталась жить в соседнем дворе, но Валентина ее очень редко видела. А если и встречала когда-нибудь случайно на улице, то старалась уйти подальше, чтобы не напоминать ни себе, ни ей о той ночи.