Не ищи, не возвращайся, не жалей

Хоть сполыхала зорька, ведь,

Коль есть, что вспомнить, – что жалеть?

Я не жалею.

О дружбе и любви

В те годы полон был бокал,

В груди звенели струны,

И непрерывно член стоял,

И чувства были юны.

В стране подтаяло чуть-чуть,

И каждый в тот период

Хотел по-новому взглянуть

И важный сделать вывод.

Злой тирании сбросил гнёт,

И приобщён был вскоре

По воле партии народ

К дискуссиям и спорам.

Но, чтоб не колебать основ,

Нам предлагали темы:

К примеру «дружба и любовь»,

Как важные проблемы.

И, защищая рубежи

Передовой морали

От вредных веяний чужих,

Мы монотонно врали.

Любовь, как ни крутите – секс

И половые акты,

И это было ясным всем,

И непреложным фактом.

А дружба? Допустимы ль в ней

Сношенья в отношеньях?

Всех нас – девчонок и парней

Тревожили сомненья.

Тогда ответа не нашлось:

Соврать не получалось.

Зато сейчас на тот вопрос

Я просто отвечаю:

Хоть это чувство с головой

В ладах и осторожно,

Но в дружбе междуполовой

Без секса невозможно.

Вот, например, такой сюжет:

Мы ходим с ней на службу.

Любви, пока что, вроде, нет,

Но возникает дружба.

Работаем мы с огоньком:

Отлично, безотказно,

И выделяет нам местком

Путёвки на турбазу.

Мы вместе с ней идём на круг,

И там, на туре вальса,

Я ей взглянул в глаза, и вдруг —

Он у меня поднялся.

Я попросил её мне дать —

Не в службу, а по дружбе.

Она же стала заливать

Чего-то там о муже.

О долге, чести всякий бред

Я слушал машинально.

И нашей дружбе в тот момент

Кирдык пришёл реальный.

Мы возвратимся с ней домой,

И станет все на место,

Я там, на вахте трудовой

Забуду ту поездку.

И буду вкалывать, как зверь,

До трудовой победы,

Но на турбазу с ней теперь

Я в жизни не поеду,

Раз ей такую ерунду

Для друга сделать сложно.

А на турбазе я найду,

Уж будь благонадёжна.

Друзьям-товарищам

Проходит всё, пройдёт и это.

Когда-нибудь пройду и я.

Но здесь о тех, кто, канув в Лету,

При жизни были мне друзья.

Мои соратники, коллеги

И собутыльники – не без —

Теперь покой нашли навеки

В пространствах ада иль небес.

Быть может, где-то в круге первом,

Где асфодель и полумрак,

Мы скоро встретимся, наверно,

Поговорим: «Что дальше? Как?».

А может, это всё пустое,

И нет бессмертия души?

И без того я удостоен.