Солнце для отшельницы(сборник)

А теперь, на борту круизного красавца, направлявшегося в обратном направлении, добавились бы и новые объяснения… Я скороговоркой выпалила имя, и не дожидаясь очередного скучного ритуала, обрушила на непрошеного собеседника водопад накопленных знаний:

– Отличный кораблик! Почти «Куин Мери». Хорошая скорость, четыре палубы!

– Да, – усмехнулся почтенный конкистадор, – конечно, не девять или двенадцать, зато – вы обратили внимание? – каждая названа птичьим именем!

– О да, – согласилась я, не сдержав усмешки.

– А вы думали – рыба?

– Нет, но… Как бы это сказать… Орел, чайка, ласточка – они, по крайней мере, летают!

– Зато пингвин отлично плавает! Разве не подходящее название для нашей посудины?

Я рассмеялась и вынуждена была признать, что «Пингвин», пожалуй, – самое верное название. Правда, с оговоркой:

– Если бы корабль назывался «Пингвин», я бы точно отказалась от рейса!

– Вот поэтому он и называется «Альбатрос»! – хохотнул Брайан.

Ну что ж, этот тип не лишен чувства юмора: уже плюс, подумала я.

– А что вы думаете о способности нашего «пингвина» держаться на воде? – поинтересовалась я не без ехидства.

– Думаю, – засмеялся собеседник, – стычку с айсбергом он выдержит!

– О! – Я вскинула брови. – А что, есть реальная опасность?

– Мой опыт подсказывает, что сейчас нет…

Я облегченно вздохнула.

– Сейчас нам грозят только самые скромные льдины – ну так, знаете, заплывают всякие…

Я опять насторожилась.

– Если столкнемся с ними, – бодро предупредил новоявленный Нострадамус, – главное, не пугайтесь треска и тому подобного.

– Неужели вы это серьезно? – не выдержала я.

– Я же сказал: стычку с айсбергом «Альбатрос» выдержит!

Глядя на мое испуганно-сосредоточенное лицо, полковник зорко прищурился, словно Нельсон, впившийся в карту сражения своим единственным глазом.

– Эх! И вы мне поверили? Да пошутил я! Не бывает тут никакого льда в это время!

И он разразился таким хохотом, что у бармена задребезжали стаканы на подносе.

Я почувствовала себя совершенной дурой, но едва сдерживала смех, чтобы не сдаться на милость противника.