И биться сердце перестало

Хотите, скоро я найду

Жемчужны дивные творенья,

Аль надо ложечку варенья

От райских яблочек в саду

Кому подбросить, чтоб не знал

Ни сна и ни покоя оный.

Чтобы одной лишь Вами полный

Томился он и ревновал,

Холил, да всяко угождал.

Али ещё чего другого?

Скажите же, скажите мне.

Али на розовом коне

Махнуть во светлы дни былого!

Когда мы пахли и цвели,

Когда беспечны быть могли.

Половина моих снов – это ты!

Улыбку свою оставляла ты мне,

Уткнувшись в подушку, сама засыпала;

А я, в чистом поле, на вольном коне,

Копытами рвал до утра одеяло!

Цветные тебе – влюблены и пьяны,

А мой, как всегда, как война, чёрно-белый,

Сквозь краски симфоний твоих, мои сны

Метались, как дикие острые стрелы.

Искали они, догоняли врагов,

Всю ночь напролёт, будто, верные стражи,

И падал я, ранен, в объятья снегов

И тленных дремучих болот эпатажи.

Меня находила, неведомо как,

Оттуда назад, всякий раз, доставала.

Молчал я, «не выйдя ещё из атак»,

Когда ты меня «откровенно» ругала.

А что говорить, не найдётся ведь слов.

Почищу тебе, как всегда, мандарины.

Пусть чёрных и белых, но праведных снов,

Не видеть ведь мне, без тебя, половины!

Портрет Т.

Уж успокоились ветра и кони,

Костры погасли, и уснуло всё вокруг.

Кто Вы, та женщина, и чьи это ладони

Коснулись виртуально моих рук?

С чего бы так Ваш взгляд меня смущает.

Вы снисходительны и правы. Почему?

Как будто, кто-то, в чём-то, мне прощает,

Уже ли не узнаю, не пойму? —

К портрету обращаюсь с пиететом —

Известна ль тайна Вашему уму?

Разглажу я морщинки над портретом,

Никак не разобраться самому.

Тогда я взял к губам его приблизил,

Закрыл глаза… Мне нечего сказать.

Увы, не я, не я Вас так возвысил.

Быть может, жаль – не мне Вас целовать.

*

Всегда, когда бывает пройден путь,

И впереди, и позади – маячат тени,

Тогда лишь, догадаешься взглянуть,

Из-за кулис, на тех, кто был на сцене.