Игра XXIII

Может, отсюда и фитнес-клубы, а также неизменные брюки с белыми и голубыми рубашками… Парень из глубинки пытается тягаться в респектабельности с аристократами…

Кэсси отвлеклась от размышлений и с тревогой оглянулась на гигантский циферблат часов, висевших под потолком.

– Осталось всего пятнадцать минут! – воскликнула она. – Может, попросим Амелию показать нам записи с видеокамер? В той комнате, где убили Валентайна.

Дитрих с Кэнделом нехотя повернулись к широкому голографическому экрану. Тот занимал одну из стен Комнаты Голосований, мерцая в выключенном состоянии серым.

– Амелия! – Дитрих обратился к искусственному интеллекту. – Покажи нам всё, что происходило в комнате, где убили последнюю жертву. Нас интересуют данные за сегодняшний день. В быстрой перемотке, пожалуйста.

– Одну секунду, – ответил приятный женский голос.

На стене, до сих пор остававшейся чёрной, появилось изображение одной из комнат того здания, где они сейчас находились. Все трое затаили дыхание.

Сначала на видеозаписи ничего не происходило.

Ядовито-оранжевый счётчик в углу показывал, как бегут секунды, минуты, часы… Затем в комнату вошёл мужчина. Он вытянул перед собой руку с браслетом, что-то произнёс, и одна из стен замигала – очевидно, под воздействием колдовства. Мужчина оглянулся, взглянув прямо в камеру, и у всех троих не осталось сомнений насчёт его личности.

– Я ГОВОРИЛ! – взревел Дитрих, тыча пальцем в Кэндела. – Это ты!

– Н-но… – Кэндел заикался, пятясь. – Эт-того не м-может б-быть! Дит, подожди… Подумай сам, каковы шансы, что мне выпадет роль Одержимого две Игры подряд?.

. И эта запись… Она с прошлой Игры!

– Момент голосования! – жизнерадостно оповестил ведущий. – У вас осталось десять минут до конца текущей Игры! Желаете голосовать сейчас?

– Да! – решительно заявил Дитрих и оглянулся на Кэсси. Та неуверенно кивнула, с сомнением косясь на трясущегося Кэндела. Тот мотал головой и что-то бормотал себе под нос.

– Да, – еле слышно отозвалась девушка.

– Кого вы считаете киллером, леди и джентльмены? – любезно осведомился ведущий. – Просьба объявить номер того, кто, по-вашему, так мастерски дирижировал смертями в этой Игре! Номера два, пять, одиннадцать! Итак, номер пять, мистер Дитрих, кто ваш кандидат?

– Номер одиннадцать, господин ведущий, – быстро ответил тот, выпрямившись.

– Принято. Номер одиннадцать, кто ваш кандидат?

– Номер пять, – тот беспомощно мотнул головой, его голос дрожал.