Они придут и удивятся

Даже такой дилетант в драке, как Владислав, мог сообразить, что били кастетом. Но соображать было некогда. Крикнуть он не успел, лишь отплевывался зубами, лежа на асфальте в собственном дворе.

Мужчина наклонился к нему и сказал спокойно и вежливо:

– Пожалуйста, не кричите. Это ради вашей безопасности. А то мне придется опять вас бить. Вставайте. – Он протянул Владиславу руку, и тот уцепился за нее, как за спасательный круг.

Незнакомец рывком поставил Владислава на ноги. Того слегка качало.

– Пожалуйста, идите со мной.

Владислав, предплечье которого было стиснуто железной хваткой, как теленок последовал за мучителем. Потом он много раз думал – почему не пытался убежать, кричать? Ну, получил бы еще раз в рожу. Но не пристрелил же бы его этот идиот – оружия у него явно не было, не считая кастета.

Человек подвел Владислава к его собственной машине.

– Достаньте инструменты, – приказал он. Влад трясущимися руками открыл багажник и вытащил чемоданчик с инструментами.

– Свинчивайте номер, – последовали дальнейшие инструкции.

Влад подумал, что все прояснилось. Машину угнать хочет, гад. Мог бы и так забрать, незачем было бить. Тоже мне, на «Ауди» польстился. Десятилетней давности. Хотя жаль машину, бегала резво. Но своя морда дороже. Пусть забирает и катится. Только зачем сейчас-то номера отвинчивать? Как же он по Москве без номеров поедет? Да ну его, не моя забота.

– Берите табличку и идите со мной, – железные пальцы снова сомкнулись на плече.

Черт, здоровый какой. А ведь старше меня. Боксер, что ли? Куда он меня ведет? Ему ведь машина нужна? Или я? Убивать будет? Вот этой табличкой?

Владислав чувствовал, как из разбитого носа течет кровь. Почему-то он не мог и не хотел сопротивляться. Даже мысли в голове ворочались медленно. Может быть, это были последствия удара. Он тупо переставлял ноги, сжимал в руке табличку с номером и шел туда, куда его подталкивал провожатый. Народу на улицах не было.

Они прошли несколько кварталов. «Вот если бы сейчас полиция… Патрульная машина… Тогда бы я закричал… вырвался…, – промелькнуло в голове. – Как назло, все пусто. Заору сейчас – он меня сразу убьет. Шизофреник, наверное. Никогда его прежде не видел. Откуда он меня знает? Следил? Подослали? Но кто? Кому надо меня убивать?»

Никогда прежде не чувствовал себя Владислав Митрофанович Сапешко таким ничтожеством. Таким слабым, несчастным, беззащитным.