Картина

Также в духовке запекалась маринованная индейка по-японски в особом соусе, из-за чего образовывалась аппетитная, сочно-текучая золотистая корочка. Вишенкой на этом торжестве непременно был шоколадно-бисквитный торт с самым малым количеством крема, с добавлением в тесто капельки клубничного сиропа для придания красноватого оттенка. Положенные сверху кусочки ананаса, бананов и грецкого ореха по-особому выделяли его.

Соблазнительный стол располагался в центре гостиной, не уступая соблазну самой женщине, приготовившей эти блюда.

Только в одном случае жертвой станет желудок, а в другом – сладострастье.

– Дорогие гости, все за стол, прошу! – позвала Жозефина, поставив тарелку с фруктами на стол.

– Виктор, поможешь мне на кухне? – шепнула ему на ушко Мария.

– Да, конечно, – ответил он, одновременно понимая смиренность и ощущая любовь к ней.

Войдя в пока пустующую кухню, Мария со стремительно бьющимся сердцем обратилась к Виктору: – Ты купил подарок?

– Он у меня с собой.

– Ладно.

Думаешь, стоит говорить об этом сейчас? – спросила Мария.

– Сейчас и стоит говорить об этом.

– Не испортить бы этой вестью всем праздник.

– Дорогая, все будет хорошо, доверься мне, – сказал Виктор.

– Не отпускай мою руку, хорошо?

Вернувшись в гостиную, Виктор и Мария сели за стол напротив дяди Луиджи и тети Анны, которые так гармонично смотрелись, будто взятые со страниц обложки Vogue.

Джон проанализировал ситуацию, обнаружив, что только он один без спутницы. Чувствуя от этого грусть в сердце, как это бывало частенько с ним, замер на минуту и тут же вспомнил, выйдя из заблуждения, что у него есть Милана, которая души в нем не чает, любит и ценит его.

Позабыв свои заблуждения, сидя в расслабленной позе, Джон, глядя вперед вместе со всеми, приступил к трапезе. Откусив немаленький кусок индейки, он с легкостью проглотил его без каких-либо угрызений совести.

Мария сжимала руку Виктора, и ее никак не покидало беспокойство, как отреагируют родители Виктора.

Прижимая дрожащую руку к себе, он старался успокоить ее.

– Хочу сказать пару слов, – поднявшись с бокалом, начал Луиджи. – Мой дорогой друг, мы дружим уже много лет. И за все эти годы ты не изменился: как был хорошим, добродушным семьянином, так и остался. Надеюсь, это добродушие и впредь никуда не денется. Извините, конечно, я не мастер хороших речей. – Заметив скудность своих слов, он протянул бумажный пакет. – Вот, держи, это от нас маленький подарок.