Канатоходцы. Том II

«Я только три кольца! А она девять с бриллиантами, вернее, её богомолка Фёкла Павловна. Эту Фёку и Наталья Дионисовна боялась». – «Незаконная торговля», – он почти не шутит. «Ха-ха-ха! Сенька, ты гений! Недаром так говорит Раня (и маме перепало)».

– Халат в клетку… – диктует он для протокола.

– …австрийские цвета, – добавляет подельница по золоту.

С очками труднее. Кромкин обещает купить в аптеке новые, ведь эти с одной дужкой.

– Ну, да, а ля пенсне…

Какие эгоцентрики – преступные личности! Плевать им и на бабок, и на детей.

Олег Логинов открывает портфель лабораторно-химического цвета «морга» (аналог «маренго»), вынимает пакет и документ:

– Вещественное доказательство «Пистолет Вальтер» не пистолет.

– Автомат?

– Макет. Ствол и курок металлические. Рукоять деревянная, выкрашена.

– Умельцы!

– Отпечатков два. Обоих Крыловых Петра и Михаила. Фрагмент газеты с автографом «кв.

«Револьвер» (ударение Филиной тёщи) крепко обёрнут, как новенький, не воняет.

– Вот бы в детстве такой, – Кромкин прицелился.

– Пётр Сергеевич, добрый день… – Интонация с «заместителем директора» (крупными буквами) «по хозяйственной части» (мелкими). – Мы говорили о «Вальтере».

Вводят Варвару. Ныне никаких молитв, он и она кидают беглые взгляды друг на друга. Правда, он кратко, но громко выпаливает про Бога и его подмогу таким, как они.

Олег Логинов выкладывает добытое в «пучине».

– Варвара Афанасьевна, что это?

– Ну, – глядит на Петра. – «Вальти?р», как Петя говорит.

– Попробуйте на курок.

– Ой, не надо! – Варя укрывает платком лицо.

Пётр – памятник каменный, но не молчаливый:

– Не «Вальтер», «Мишель»…

– А настоящий где?

– Где-то у брата.

– А этот выкинули?

– Крик…

Варвара торопливо:

– Бабушка: «Выкиньте немедленно!»

Мужа наедине с конвоиром. Жену в другой кабинет.

Логинов открывает портфель цвета «морга».

– Ой, чё это тако? На них пятен нет. Я отмыла!

– Какая куртка чья? – Кромкин оформляет бумагу.

– Эта Миши. А эта Пети.

– Когда вы «отмывали» куртки? Летом?

– Ну, да.

– А ещё когда?

– Зимой.

– В какой день?

– Чё я каждую стирку помню!

В протоколе: «Вроде бы, в январе».

Фигурантку уводят в дебри тюрьмы. Олег Логинов с портфелем уходит. Кромкин обратно к фигуранту.

Конвоира – в коридор.