Канатоходцы. Том II

Пётр в ступоре: не только «морду выправить мог», а убить! Охрана в камере. Удар ботинком в голень от татарина. Кокшаров собирает манатки, и книгу. Пулемётовы держат Петра, кривого выводят.

У Пулемётовых рыльца тайные. «Мы внуки сына полка», – гордость Юрки. Во время уличной драки ими отправлена в нокаут и в больницу целая компания. Один на грани. Пулемётовых временно нет в команде самбистов (клуб «Трудовые резервы», «ТР»)

– Ну, и как оппоненты?

– Какие? – не отошёл от усмирения Петра Юрка (у Олега удивлённое лицо).

Олегу – не говорливому – неудобно за враньё брата. Петру они казались и молоденькими, и мелкими, нетрудно, будто карликов, упаковать мордами к двери, привязав к батарее их длинными вафельными полотенцами со штампами на углах «ТР». Но, не будь их, не Пётр бы «под нары» (обещание Вадьки Кокшарова), а Вадька уже был бы не только с кривой головой, но и с проломленной, а Пётр в карцере полумёртвый, но не от руки Вадьки, от охраны. Какая бравада уголовная: «Четверых зарезал, а пятую…» Прямо откровение в кровавом деле, и могут гонять не только по выстрелу, а прямо – по делу на улице Нагорной, как в том бункере на дне тюрьмы.

– Я тут неправду… Аффект. Навеян тюрьмой. Видите, радио убрано? Там датчик для внедрения на подкорку индивида далёких от него идей. Удобно для процента раскрываемости.

Ребята, открыв рты, будто опять лекция на тему мифологии.

Вталкивают нового «кукушонка». Вместо побитого. Не кривое лицо. Очкарик. С виду преподаватель, но не математики, а географии, напоминает школьного (тот глуповат).

– Это оружие начали делать менее ста лет назад. – Грамотно, но как-то глупо, и это нервирует.

Пулемётовы опять не играют в шашки: не требуется ли их оперативная помощь? Чёрные – это тюремный хлеб, липкий, годный для лепки, а белые передают игрокам в виде сухариков. Банки с компотом меняют с такой регулярностью, будто с тюремной кухни. Лопают витамины, но и казённую еду не отвергают.

Откровения новенького Григория: в кондитерском отделе он открывает витрину и крадёт шоколад. Ловит его охранник, которого он, ударив кастетом в голову, убивает. И такой любитель конфет имеет реквизит бандита! В допре врут. Следователи подследственным, те друг другу. Тюрьма – дом вранья.

А дорогой брат тут? Когда-то мог голову себе обкорнать. Но дурацкая пальба в квартире свела на нет и такую авторитетную акцию.