Письмо из прошлого

Она часто рассказывала мне о себе, о жизни семьи в то время, о детстве и юности, которых была лишена, о годах Великой Отечественной войны.

Все ее воспоминания, больше печальные, чем счастливые, я успела записать еще до того, как бабуси не стало. В этой книге рассказывается о реальных людях и событиях. Единственное, что я добавила от себя (с согласия главной героини), – художественную обработку – визуальный ряд, который рисовало мое воображение, когда я слушала рассказы прабабушки. Вы держите в руках не просто книгу – а нечто большее.

Это издание хранит память о жизни моей прабабушки и нашей семьи. Благодаря этой книге Парасковья Чихачева жива до сих пор! И, надеюсь, будет жить, пока книгу читают и передают из поколения в поколения ее внуки, правнуки и праправнуки…

Глава 1. Кулаки

Это был февраль 1930 года. Деревянные полы скрипели и прогибались, словно соломинки, от поступи тяжелых сапог. Мы с сестрой сидели на свежевыбеленной печке, где-то в глубине, и, затаив дыхание, сжимали в руках мягкие подушки.

Пахло известью и мокрой глиной. Накануне мама подмазывала и белила печь.

– Тише, Патя[1 - Уменьшительно-ласкательный вариант имени Парасковья. В книге также будут встречаться разные его вариации – Паша, Павлина, Павел, Пана. После войны, когда прабабушка оформляла документы, она взяла новое имя – Полина.]! Это игра такая, – шептала мне на ухо старшая сестра, – прятки, помнишь?

В тот момент эта игра не казалась мне веселой. Мне было страшно. А еще, как назло, я никак не могла отмахнуться от случайно выбившегося из подушки перышка.

Боялась, что вот-вот чихну.

Нина наблюдала через щелку между стеной и печной трубой. По комнате ходили незнакомые мужчины. Они выносили тяжелые сундуки. За обедом меня сажали на один из таких. Я, конечно, не дотягивалась до пола, но мне всегда нравилось болтать ногами, постукивая пятками по деревянной стенке. А еще в этих сундуках мама хранила полотенца, папины холщовые рубашки и наши немногочисленные ситцевые платья, которые мы носили только по праздникам.

Сейчас все содержимое разлеталось по комнате, когда мужчины освобождали сундуки, чтобы легче было нести.

– Давай выноси!

– Ну, что ты там стоишь? Работы, что ли, нет?

– Выноси кулацкое добро!

– Да что ж вы делаете, какие же мы кулаки! Мы же работаем не покладая рук! – Крики матери были слышны во всей избе.

Я не понимала, почему все так кричат, мне было страшно и очень хотелось к маме. Перышко из подушки продолжало щекотать нос.