Дорога к Богу

– Я думаю, что перехватило где-то в топливной трубке под днищем машины, – сказал Алексей, потирая замёрзшие на морозе руки, – а там без паяльной лампы ничего не сделаешь. Это уже проверено, у меня у самого «Нива» в Братске в гараже стоит.

И лампа по закону подлости кому-то вдруг срочно понадобилась ещё там, на вахте, как раз перед моей поездкой, а я закрутился и забыл её забрать.

А в багажнике машины я нашёл только примус и две двухлитровые пластмассовые бутылки с бензином, прихваченные кем-то из ребят из дома и, на наше счастье, забытые в машине.

– Ну, хоть что-то стоящее нашёл, – сказал Алексей, покрутив в руках старенький примус «Шмель».

Даже топора в багажнике не было, видимо, тоже кому-то срочно понадобился, а я торопился и забыл посмотреть. А если честно, то просто понадеялся на-авось. Мы сели в машину и разожгли примус, благо, что хоть спички в бардачке нашлись. И стали отогревать окоченевшие на морозе руки, которые до того замёрзли, что пальцы уже плохо слушались и даже не сгибались в суставах, когда я брал в них спички.

Я опустил боковое стекло со своей стороны, для того чтобы не угореть от примуса, который хоть немного согревал воздух в салоне машины, не дав нам окончательно окоченеть. А боковые стекла от тепла примуса сразу же начали отпотевать и обмерзать. Хорошо ещё, что мы оба были в унтах и меховых куртках, а иначе бы окоченели ещё раньше. Но у примуса был ещё один недостаток, он дымил угарным газом и сжигал кислород в салоне машины.

Вот в этот-то момент Алексей и сказал, что терять ему уже нечего, потому что неизвестно, доживём мы до утра или в лучшем случае замёрзнем. Потому что примус может в любой момент сломаться, и тогда мы уже точно замёрзнем через пару часов. Алексей немного помолчал, видимо думая о том, стоит ли мне это рассказывать, или лучше промолчать.

Но протянув руки к огню примуса, погрев их над огнём и посмотрев при этом через лобовое стекло на волков, лежавших на дороге перед машиной, которые незаметно подошли к машине и улеглись на дорогу, он махнул рукой и начал рассказывать мне свою историю, в которую я тогда не поверил. Но я тогда промолчал, чтобы не обидеть Алексея, да ещё в такой ситуации, когда не знаешь, то ли ты в машине замёрзнешь, то ли тебя волки на дороге съедят.