Моя смена. «Алые паруса»

Белый снег. И фонари. И я стала мечтать о таких каникулах.

И да, мечта однажды исполнилась. Через 20 лет. Но это будет уже другая история…

Глава 16. На зарядку – при макияже! и немножко про скучный санаторий

Однажды была зарядка.

Я ее никогда не любила. Но и не прогуливала. В младших отрядах, когда мы жили в младшем корпусе, на зарядку нужно было бежать высоко в гору, туда, где были спортивные площадки: футбольная, волейбольная, баскетбольная. Нас будил гимн и фраза: «В пионерском лагере „Алые паруса“ – подъем! Доброе утро, ребята!».

Вожатые нас поднимали, велели быстро одеться-обуться и на выход. Не почистив зубы! Лохматые! Жуть! Но что делать?

А вот когда мы переехали в старший корпус, то все стало не так страшно. Во-первых, мы научились вставать раньше официального подъема, поэтому до зарядки успевали не только заплестись и умыться, но и накраситься (!), нарядиться, заправить постели, навести порядок в тумбочках и даже перекусить.

Во-вторых, с подачи вожатой вместо зарядки мы бегали.

От корпуса до ворот, от ворот обратно мимо пятачка с зарядкой и корпуса – до линейки, оттуда – обратно до зарядки. Можно было, конечно, свернуть сразу в корпус, но мы входили в азарт и хотели доделать со всеми «вдох-выдох-здоровье в порядке-спасибо зарядке». А кроме того, как же было не покрасоваться: вот мы какие молодцы, пробежали свой километр, завтра на рекорд пойдем!

И кстати, да, к концу смены мы бегали уже не один круг ворота-линейка, а два и даже три. Я любила бегать. И всегда жалела, что, приезжая в город, бросала эту привычку.

А однажды я была вместо лагеря – в санатории. Так вот, там зарядку делали дважды в день: утром и после тихого часа. И зарядка была скучнейшая! Ни бега, ни танцев, ни подъема в гору. Когда после этого санатория я вернулась в «Алые паруса», то с радостью шла на зарядку. В первые дни.

Глава 17. Дождь в лагере, и немножко про кино и дружбу

Однажды в лагере шел дождь.

И это было прекрасно. Неожиданно, удивительно и прекрасно.

Если дождь шел, а нам в это время надо было идти на обед или ужин, то вожатые разрешали не идти, а бежать, и не парами, а кучей. Но мы почему-то все равно, по привычке, брались за руки, и бежали. У кого-то были зонты, и мы набивались по 5—6 человек под один зонт, и уже не бежали, и даже не шли, а еле ползли, то и дело теряя кого-то из-под зонта или попадая в глаз, в лоб, по голове. Как правило, зонты детям в лагерь давали старые, кривые, с поломанными спицами.