Любовь без границ

Да еще наши сходные характеры и психологическая совместимость в поведении и в наших повседневных делах.

– Подобное ощущение постоянно посещает и меня. Ведь все, о чем ты рассказал сейчас, ярко появилось в наших совместных усилиях по избавлению от твоей болезни. Я тоже нахожу объяснение этому феномену в том, что твоя болезнь принудила нас, меня как врача и тебя как больного, сосредоточиться на одном – вылечить тебя любой ценой, используя все достижения современной медицины в совокупности с физическими упражнениями.

– Все правильно, но одно ты упустила, – заметил Карпов.

– И что же это?

– А то, что этот сложный, многогранный процесс лечения помог понять нам друг друга и привел нас к физической близости.

– Это точно! – согласилась Людмила. – Я так же думаю, но не посмела выразить вслух. Ты смелый человек, молодец.

– Не скромничай, ты нашла даже философское объяснение нашим отношениям. Добавлю еще, что обстоятельства жизни помогли нам, богом предназначенным друг другу людям, встретиться, строить семью и жить душа в душу. Что нужнее человеку в жизни – это счастливая семейная жизнь и не менее трех малышей.

– Все правильно, но человек должен иметь еще работу по душе и зарплату приличную, – добавила Новикова.

– Верно, но в этом вопросе человек сам должен проявить инициативу и здоровый неослабный интерес, находчивость и целеустремленность. С другой стороны, не все зависит от человека. Иногда коллектив предприятия, куда попадает человек, определяют его судьбу.

– Этот мир, в который мы попали по воле Всевышнего, – сказала многозначительно Новикова, – жесток и коварен. Слабый человек не сможет найти какое-либо приличное место работы в выстроенной должностной лестнице общества, – заметила Новикова.

– Таким делают его отдельные граждане из числа амбициозных, настроенных, фактически пустых, не имеющих никаких прогрессивных идей и деловых подходов к решению важных государственных задач, – сказал он самым серьезном образом, не подлежащим сомнению не только Людмилы, но всякого другого.

Карпов сам был удивлен тому, почему его вдруг бросило к философским рассуждениям и вовлек в это пустое дело Новикову.