Морской солдат

Лицо женщины напряглось, затем, хитро улыбнувшись, она повернулась в сторону открытой двери дома и в сени громко произнесла:

– Славно мы поговорили, соседушка. Рада я за наших молодых. Матвей с Ульяной будут доброй парой. На днях сватов жди.

Никита замер. А Ульяна от удивления аж рот приоткрыла.

Спускаясь по крыльцу, Евдокия, все также хитро улыбаясь, небрежно обронила:

– А-а… Ульянушка, к прислуге привыкаешь?.. Умничка.

Ульяна не знала, что ответить. Она лишь, как и Никита, растерянным взглядом проводили Евдокию до калитки, за которой та исчезла.

– Энто она чего сказала-то?.. Матвей?.. Он что, свататься к тебе собрался?

– Может, и собрался… – шутя ответила Ульяна. – А ты что, никак ревнуешь?

Никита нервно поводил глазами по сторонам, потом вдруг вспомнил про ведра с водой, которые до сих пор еще были в его руках. Опустив их громко на крыльцо, аж вода плеснула через края, он тяжело вздохнул и, пытаясь скрыть свое недовольство, произнес:

– Вот еще.

– А я вот возьму и выйду за Матвея, – хитро прищурив глазки, дразнила девушка Никиту.

– Эх, Ульяна… негоже так: играешь с одним, а замуж собираешься за другого.

Девушка расхохоталась в ответ.

– Да то все не так, Никитушка, – улыбаясь, ласково говорила Ульяна, пытаясь свести все к шутке.

– Пойду я… Видать, тутось делать мне нечего, – сурово пробасил кузнец. – Не ровен час, сваты наедут. Мешаться не привык.

– Никитушка, постой!.. Никита! – позвала девушка возлюбленного.

Но Никита не реагировал на слова Ульяны. Девушка догнала его у калитки.

– Да постой же, глупец ты этакий… – Ульяна положила свои руки на широкую грудь кузнеца и умиленно, снизу вверх посмотрела ему в глаза. – Экий ты упрямый. Ты мне люб. И никто более, окромя тебя, мне не надобен.

– Все шутишь?.. Видать, Матвей прав был, для тебя я… рылом не вышел.

После сказанного Никита обиженно убрал руки Ульяны, развернулся и молча исчез за калиткой.

Евдокия в это время стояла тихо за высоким забором и все слышала. Жарый, выйдя быстрым шагом на дорогу и не заметив женщину, уселся в свои розвальни, хлестнул вожжами лошадь и погнал в сторону окольной дороги, что за селом, где располагалась местная харчевня. Женщина проводила Никиту прищуренным взглядом и хитрой усмешкой.

Глава 6.