ТриПсих

В магазине продаются лаваш и лепёшки, которые больше на тонкий хлеб похожи, но все равно лучше, чем хлеб: «Неделю не сохнет! Это разве хлеб?» Но когда за столом спрашивает про лепёшки, говорит: «А где хлеб?»

Продукты выложены: водка в морозилку холодильника, мясо на куски и в кастрюлю с водой и на плиту, всё же суп – может на завтра? лепёшки на стол и сверху полотенце с красными петухами, папа любит, чтобы лепёшки накрыли рушником, «И рушник вышиванный на счастье, на долю дала», – напевал он, открывая тарелку с лепёшками…

«Мама, мамочка… поговори со мной, посмотри на меня, спроси меня, повернись ко мне, я здесь, я смотрю на тебя, у нас один воздух, я дышу им, как и ты, я построю дом для нас, у тебя своя комната с туалетом и ванной, всегда горячая вода…»

Но… только спина, исчезает в тёмном проёме дверей…

И мечта, достигнув вершины восторга – ещё мгновенье и засияет радостно открыто, на высочайшей точке… затаилась, потому что…

Папа не пришёл, мама умерла, появились женщины, которые оторвали рукава рубашки…

И вот он сидит в комнате с серо-синими стенами на деревянной коричневой скамеечке, перед ним стол и стул, а за столом… никого… В дверном проёме виден узкий коридор, слышны шаги, пришаркивающие на цементном полу, дверей нет – просто прямоугольная дыра в стене.

И кто-то ходит-ходит, то быстро, то медленно, то совсем ме-едленно… «Наверное танцует… – он прислушивается, – в коридоре? А музыки нет».

И вдруг за столом те самые женщины – те, что рвали рукава – одна напротив сидит, а другая рядом и пытается погладить его по спине: «Мальчик, не бойся, здесь некого бояться, мы хотим тебе помочь, твоя мама умерла, где твой папа мы не знаем, у тебя есть родственники? Мамины родные или папины, ты знаешь кого-нибудь?» Она внимательно смотрит на него, пытается заглянуть в глаза.

«Кто в коридоре танцует?» – тихо спрашивает он. Женщина оглядывается на проём в стене: «Танцуют? Чего ты боишься? Тебя здесь не обидят». Но он уже втянул голову в плечи как птица в перья, и голова упёрлась подбородком в грудь.

Это обычная мгновенная защита! и надо ещё сразу закрыть глаза оставив еле заметной щёлочку, чтобы только чуть-чуть видеть пол перед ногами и тогда появится гул в ушах, и ничего другого – ни просьб, ни приказов – слышно уже не будет… Ну, не то, чтобы не слышно совсем, что-то слышно, но если не обращать внимание, то ничего как бы и не понятно, а раз так, то и отвечать не надо.