Челноки поневоле. Том 1

Ну а затем начальство поняло, что нечего деньги на профессиональных переводчиков тратить, и меня в дирекцию перевели. Я не стал возражать: зарплата выросла, страну вашу из края в край всю объездил, вы столько увидеть не сможете, сколько я повидал. Очень мне повезло.

Он отпил пару глотков чаю, поданного в изогнутых стаканчиках всё тем же мальчиком, что демонстрировал Анатолию меховые изделия, и продолжил:

– Язык ваш на болгарский не так уж и похож, как все думают, вовсе нет. Эта похожесть, скорее, говорить мешает.

А вот то, что азбука у нас с вами одна, – это здорово. Читать я научился даже быстрее, чем говорить, это дело я очень люблю. Вот и сейчас «Жизнь Клима Самгина» Максима Горького дочитываю.

Пока Эрдоган рассказывал, Анатолий любовался стаканчиком с чаем, который держал в руках. «Да это же армуды, такие же, как привезли мне в прошлом году друзья из Казахстана», – мелькнуло в голове. Как ему объясняли в среднеазиатских республиках, такая форма стаканчика наиболее приспособлена для чайной церемонии.

Целая теория подводилась там под это утверждение. Возможно, она соответствует истине, ведь здесь пьют точно из таких же стаканов.

Анатолий спохватился и, чтобы продолжить разговор, спросил:

– Ну и как вам этот роман? Он же очень большой и достаточно сложный для понимания. – Анатолий сам очень любил Алексея Максимовича (иначе он его не называл даже, выдуманную писателем фамилию не очень-то жаловал), а роман этот перечитал совсем недавно, помнил его очень хорошо и готов был поговорить на эту тему, да Илья вмешался:

– Толь, на досуге с Эдиком достоинства и недостатки классика обсуждать будете.

У нас дело, а ты, как всегда, в литературу ударился. Хозяина-то как кличут?

– Абдуллатиф.

– Действительно, Костя нам что-то такое говорил, – потёр голову Илья.

Услышав своё имя, турок встал из-за стола и подошёл к ним.

– Абдулла, значит, по-нашему, – поставил точку Илья. Он решил взять бразды правления в свои руки. Невольно оказавшись в роли ведомого, он как-то даже сник, а тут сразу же оживился и начал вовсю распоряжаться.

 – Абдулла, ты условия сделки нам объясни, чтоб из первых рук было, а не через дупло, – кивнул он на стоявшего в сторонке Костю.

Эдик всё добросовестно перевёл, но только Абдуллатиф разразился речью, как в магазин зашёл тоже молодой, высокий, черноволосый, с непременными усиками мужчина:

– О, я вижу, к нам гости пожаловали.

Русский язык у него был не так хорош, как у Эдика, но все его довольно легко поняли.