Страшная тайна

И именно об этом вспоминал её муж, когда обещал женщине возможность всё обговорить…

***

Мужчина смотрел жене в глаза, и перед мысленным взором его стояли картины того времени, как снимки моментального фотоаппарата: он сидит в коридоре больницы, хотя ему велели отправляться домой, его пускают «к жене» – смежное с палатой помещение с огромным окном, а за ним лежит на больничной койке женщина, его женщина… дышит с помощью маски, подключена, кажется, к сотне медицинских приборов, его, Джона, ладонь на стекле…

Она же должна узнать, и узнать поскорее, что сделала его отцом!.

Но время замерло…

***

Но получалось найти и следующие, легчайшие и счастливейшие моменты, которым стал ровесником их сын: Джуди улыбалась светло и благодатно, взяв кроху на руки впервые, она обожала и баюкать его, и тихонько шептать таинственные нежности, и напевать колыбельные. Она тогда оказалась на гребне волны, непринуждённо скользя в океане материнства, глубоком, но с тёплыми водами.

А отец мальчика приобщался к новизне, следуя за женщиной, с которой проводил приятную жизнь, и боялся только нежданного расставания, на рубеже которого они недавно стояли…

***

… -Если мы не попробуем, ты не будешь в полной мере счастлива, Джуди, верно? – спросил жену мужчина, уж слишком долго плутав в прошлом.

Джуди крепко держала широкую ладонь мужа около своего сердца, но чувствовала, как мужчина разбирает пряди её чуть спутавшихся волос.

– Да, любимый!

Мужчина поцеловал жену в лоб, ему совсем не понравилось выражение озабоченности на её лице:

– Я хочу девочку! – сказал он, наконец.

***

Джуди Розуэлл забеременела. Муж всегда исполнял её желания, называя их «волей». Женщина долго не догадывалась о том, что случилось с ней желаемое, будто забыв, как всё происходит поначалу. Почему —то вечно хотелось спать, а ещё она стала вдруг очень неразборчива в еде… очень ненадолго…

– Джон, по-моему, курица испортилась! Не думаешь? – запах уже готового ужина смутил женщину.

Мужчина отправил кусок филе в рот, прожевал:

– Как по мне, очень вкусно! Милая…

Джуди, поглядывая, как Артур вслед за отцом с аппетитом принялся за еду, сама взялась за вилку, слегка наклонилась над своей тарелкой, оценивая всё же аромат.