Тропы. Книга горечи и утешения. Часть 1-я (2015)

Нам бы взять сейчас – объединиться,

Ну, а мы – всё злее, всё больней,

Всё сильнее бьёмся, и всё дальше

Друг от друга нас ведут пути.

И в словах – так много лжи и фальши,

И в делах – просвета не найти.

Так грустить душе – совсем не дело.

Я живу, надеюсь и люблю.

Но про всё, что ныло и болело,

Рассказала вам я во хмелю.

И не время нам считать потери,

Да питать слезой чужую ложь…

Я в тебя, мой друг, всем сердцем верю, —

Что Весну от мрака уведёшь.

    2015

Накануне Весны

Распогодилось.

Как из кадки, – живые лучи.

Улыбается красное Солнце

Высветляя узор на печи.

Хоть мороз выдыхается паром,

Всё живёт ожиданьем Весны:

На столе пышут огненным жаром

Испечённые за ночь блины,

И сквозь буйную пляску метелей,

Там, где лес голубеет вдали,

Богатырские сосны и ели

Стерегут пробужденье Земли.

Тает снег, серебрясь и белея,

Превращается в чистый ручей.

Часто сказки чужие – милее,

Да и песни чужие – звончей,

Да и жизнь чья-то кажется краше…

А у нас всё как прежде, как встарь —

Неба ясного – синяя чаша,

И Светила лучистая ярь.

«Сад мой метельной увит бахромою…»

Сад мой метельной увит бахромою,

Как же далёко до ласковых дней!..

Ну, а в дому даже лютой зимою

Теплятся искры Купальских огней:

Прямо над печкой висят, не скучая,

Щедрые леса и луга дары:

В травах засушенных, в чайнике с чаем

Радость таится зелёной поры.

Мятой и клевером пахнут рассветы.

Ягодной сказкою, духом лесным

Ходит по горнице красное Лето,

Грея теплом наши зимние сны.

«Ночь наш мир обнимает крылами своими…»

Ночь наш мир обнимает крылами своими.

По-весеннему ясен и ласков февраль.

Я в тиши повторяю заветное имя

И тебе улыбаюсь в морозную даль.

О любви, о тоске – не скажу я ни слова.

Разгоняя руками студёную тьму,

Просто бережно-бережно, снова и снова,

Звёздным небом и песней тебя обниму,

Чтоб ни войны, ни беды, ни страх, ни потери

Не тревожили больше рассветного сна.

Эту нежность мою – разве можно измерить?

Ведь душе она свыше – Любовью дана.

«Белой шалью последнего снега…»

Белой шалью последнего снега

Лес свою укрывает красу.

Предвесенняя, жаркая нега —

Я давно её в сердце несу:

Красно Солнце с утра величаю,

Улыбаясь звенящим лучам,

И безудержно, горько скучаю,

И совсем не заснуть по ночам.