Донбасс. Это моя земля. Такое могло произойти только здесь

Экспозиция «Степи Донбасса» (в Южном массиве) и «Коллекции и экспозиции тропических и субтропических растений» (в фондовых оранжереях) в 2000-е годы получили статус национального достояния.

Источник: http://donetsk-sad.ru

Легенда о горючем камне и шахтерском сердце

Эльмира Алиева

Давным-давно, когда на месте современного промышленного города простиралась степь и первые угольные шахты кротовыми норами чернели по берегам широкой реки, поселился на окраине слободы Александровка молодой горняк по имени Степан.

Никто не знал, откуда он пришел и что таилось в глубине его черных, шершавых как уголья глаз.

Степан был не по годам серьезен, молчалив и обладал поистине сверхъестественной силой. Мужики рассказывали, как однажды он поднял на плечи быка в 50 пудов и на спор пронес целую версту до самой дальней шахты. Молодого шахтера не брали ни обвалы, ни пожары, все было нипочем его ловкому обушку. Жадные до наживы хозяева всеми силами пытались переманить силача к себе, но он оставался верным своей Гурьевской шахте, будто бы не интересовали его вовсе ни деньги, ни слава.

– Заговоренный, – шептались на лавках бабы, а мужики и вовсе боялись связываться с мрачным богатырем. Лишь старая ведунья Прасковья горестно вздыхала: «Эх, видать, продал молодец душу подземному Шубину, вот и мается, бедолажный, любви-то теперь ему на этом свете не сыскать». И впрямь, в стародавние времена ходило в слободе поверье, что шахтный дух Шубин взамен неуязвимости и мощи забирает у молодых горняков способность любить.

Но это было так давно, что все уже позабыли те наивные рассказы предков.

Прошла весна, и в донецкую степь пришло лето. Терпкое, тягучее, как запах полыни в раскаленном августовском воздухе.

К хозяину шахты из столицы приехала молодая синеглазая дочь Мария. Его большой красивый дом из красного кирпича будто бы ожил и посветлел, привлекая степных странников в ненастную пору. От рассвета до заката сновала на хозяйском подворье тонкая девичья фигурка. Все успевала юная Мария: обустроить ночлег для очередного неприкаянного путника, дать урок чтения соседским ребятишкам, помочь одинокой солдатке Кузьминичне натаскать воды из слободского колодца.

По вечерам над притихшей степью звучал ее голосок – грустный и глубокий, словно рассказ чумака, везущего свой нехитрый скарб по бескрайнему южно-русскому простору.

Степан подолгу останавливался около хозяйского дома, замирая, вслушивался в бередящие душу строки девичьей песни.