Мой бог – алкоголик

– И к чему ты это? – будучи уже пьяным я обратился к Тане, как вдруг понял, что она исчезла. Я начал искать ее взглядом повсюду, но нигде не находил. Тут я поднял глаза на седьмой этаж, куда она показывала, и увидел страшную картину.

Таня стояла там, выглядывая через разбитое окно наружу. Я вытаращился на нее, не в силах выдавить из себя ни звука. Раздался звук бьющегося стекла. Она со всей дури саданула локтем по недобитому участку, и крупные осколки посыпались вниз. В этот момент мой пульс, наверное, отбивал барабанную дробь.

Спустя минуту Таня уже стояла рядом со мной с безумной улыбкой на лице, пока кровь стекала по ее локтю.

– Ты чего творишь? Совсем ебанулась?! – закричал я на нее, чем, вероятно, привел в чувства.

– Мне просто было интересно, что произойдет, если я так сделаю.

– Ты людей могла убить, себя, в конце концов, дура!

– Ладно, извини, я не хотела тебя расстроить.

– Да пошла ты на хуй! Быстро забирай свои шмотки с лавки и пошли отсюда, пока люди ментов не вызвали.

Мы переместились в соседний двор. Сев на ближайшую лавку, Таня изъявила желание купить себе воды. Я, на свою голову, отпустил ее в магазин одну, хотя она уже порядочно шаталась. Вышла она с полторалитровой бутылкой пива.

– Шутишь что ли? Мы оба порядочно набрались, куда еще одну? – возмутился я.

– Отстань, мне нормально, – отрезала она.

Разозлившись не на шутку, я выхватил у нее из рук эту бутылку и спрятал себе в рюкзак:

– Пока не протрезвеешь, назад не получишь.

Мы сели обратно на лавочку. Она легла ко мне на колени и, как маленькая, стала всхлипывать:

– Меня никто не любит. У меня нет друзей. Все близкие от меня отвернулись и ненавидят, зачем мне жить? Я хочу умереть.

Я успокаивал ее сколько мог, пока она размазывала растекавшуюся от слез тушь по лицу. Когда она упала с лавки и испачкала свое темное платье, помог ей встать и отряхнуться.

– Отдай мне бутылку, – приказным тоном обратилась она ко мне.

– Я же сказал, тебе хватит. Ты этим только усугубляешь.

– Не тебе решать, к тому же мне все равно, – с этими словами она вцепилась в меня ногтями и потянулась к рюкзаку. Борьба продолжалась недолго, ибо я не мог ударить Таню. Пришлось отдать ей бутылку.