Измена

Единственное чему я рада, так это тому, что надела сегодня брюки.

– Я думаю, мой драгоценный сотрудник введет вас в курс дела. Не правда ли? – на каждое слово Элизабет свалившийся на мою голову мужлан хитро улыбается и шепчет то, что слышно только мне.

– Разведи ножки, малыш. – Бью локтем по его паху и поспешно перевожу разговор, обращая внимание на себя.

– Конечно, Элизабет. Все будет выполнено. Я предлагаю оговорить небольшие нюансы по аукциону прямо сейчас. Как вы на это смотрите, мистер Холд? – обращаюсь к заказчику.

– Безусловно, думаю нашему юному коллекционеру будет любопытно узнать, как обстоят дела в сфере данного бизнеса. Кстати, миссис Баклэнд, Хьюго является студентом престижного Университета. Учится в Гарварде на юридическом факультете. – И за что мне это все? Почему судьба столкнула именно со студентом моего же мужа? Нелепица… – Присмотритесь к парню, думаю, вы обретете ценный кадр. Нужного сотрудника. Многогранного, – да уж, кадр тот еще. До сих пор вон потирает свой ушибленный пах.

Козлина.

Элизабет одобрительно кивает и плавно притрагивается рукой к подбородку. Наверняка обдумывает всю ситуацию, предполагая выгоду от такого сотрудничества. Я ее прекрасно понимаю, Фолегар слишком молод, а это не у всех вызывает доверие. Даже если человек занимается определенным делом не первый год. Вкусам свойственно меняться, особенно в его возрасте.

– Аукцион, мистер Маршалл, вещь всегда непредсказуемая, – задумчиво произносит Элизабет. – Даже я со своим богатым опытом не могу делать никаких прогнозов заранее.

Неизвестно, что будет завтра. Это чистой воды авантюра. Риск, – думаю, этому индюку риски, что детям ириски. Ухмыляюсь про себя. Правда в том, что Фолегара сложно испугать. – Иногда я думаю, что за вещь развернется жаркая борьба на аукционе, а в итоге она вообще не продается. А бывает, наоборот, берешь книгу у наших коллекционеров и думаешь, что этот лот не заинтересует никого. Ну пустышка чистой воды, а на самом аукционе его цена поднимается в несколько раз. Это я к тому, что даже ваша коллекция Виктора Мари Гюго или же Сю могут как вызвать спрос, так и нет.

– Такова «Селяви», Хьюго, – шутит Холд. – Знаете, коллеги, обожаю аукцион за то, что он, как мощный инструмент, помогает определить реальную стоимость произведения искусства. Цена здесь зависит от спроса, а не от нашего желания обогатиться. Ты можешь сколько угодно утверждать, что ты дорогой художник, писатель или поэт, но стоишь ты ровно столько, за сколько тебя покупают.