Измена

– Хорошо, – он держит мой пальчик и проводит им по тексту, уперевшись дивным носиком в мою шею. – «Пей вино. Это вечная жизнь. Это все, что дает нам молодость. Время вина, роз и веселых друзей. Будь счастлив, не упусти момент. Этот момент – твоя жизнь», – поворачиваюсь к нему и вижу, что Хьюго безотрывно смотрит на мои губы.

– Это Эпикур. Греческий философ. Возьми книгу себе. Эти четыре книги из коллекции взаимосвязаны друг с другом. Иметь две книги бессмысленно без оставшихся двух. Они нужны друг другу, – смотрит так, будто пытается проникнуть ко мне в самую душу.

 – Две оставь себе, а остальные я буду хранить у себя.

– Спасибо, но… – Хьюго прикладывает палец к моим губам, чтобы я замолчала.

– Ты помнишь, что ты моя должница? – хрипло шепчет над моим ухом, моментально делая намек на легкое, почти невесомое прикосновение губ к губам, как будто у нас с ним одно дыхание на двоих. Время словно замерло, оставляя нас наедине друг с другом. Брюнет приближается к моим губам без касания.

 – Пожалуйста, прошу тебя, подари мне один поцелуй. Хотя бы в щечку. – Была не была. Тянусь на носочках к нему, ибо разница в росте дает о себе знать, ведь он выше меня сантиметров на двадцать или тридцать точно. Когда мои губы касаются его щеки, Хьюго мгновенно перехватывает всю инициативу в свои мужские руки и впивается пухлыми, теплыми и такими манящими губами в мои. Легко прикоснувшись к губам, он тут же отстраняется, но только для того, чтобы в следующую секунду снова завладеть ими.

Легкие касания губ чередуются с нажимом языка, пробираясь и изучая друг друга. Хьюго ласково вбирает и покусывает мои губы, как из меня тут же вырывается громкий стон. Он так неистово нежно сжимает верхнюю, затем нижнюю губу своими. То усиливает хватку, то ослабляет ее, унося разум куда-то далеко.

Вдруг слышу, что кофе стал закипать, приводя тем сам меня в чувства. Резко отстраняюсь от него, делая шаг назад.

– Мне нужно идти, – беру кардиган, сумку и, не оборачиваясь, устремляюсь в сторону выхода.

– Там моя спальня. Выход с другой стороны. – Ну, надо же! Боже мой, беги отсюда, дура!

– Джозефин! – оборачиваюсь. – Если снова понадобится моя… Моя медицинская помощь, то заходи в любое время дня и ночи. Особенно ночи, – подмигивает, обнажая ровный ряд белоснежных зубов.

– Спасибо за кофе.

– Пожалуйста. Но ты не пила его, – смотрю последний раз в изумрудный омут и убегаю прочь на свежий воздух.